Наши на пляже. Тропами уральских дауншифтеров.

Наши на пляже. Тропами уральских дауншифтеров.
Сдать бабушкину квартиру и поселиться в тропическом раю — эта мечта греет тысячи офисных работников. Однако же герои ЕТВ убедительно доказывают: не обязательно иметь капитал, чтобы жить в теплой приветливой стране и заниматься, чем хочется.
В последние годы немало уральцев променяло уютные квартирки в панельных двушках на бунгало на солнечном берегу, стабильную работу в офисе на случайные заработки, бизнес-ланч на «ресторан под деревом». Где они нашли себя среди индийцев и азиатов, каково жить без корней? Как делают бизнес, рожают детей-иностранцев и зарабатывают на российских туристах, ЕТВ рассказали наши за бугром. До своего отъезда в Индию я был начальником личной охраны одного бизнесмена в Екатеринбурге, плюс у меня был собственный бизнес, Land Rover Discovery, дорогой костюм и приличная сумма денег на карманные расходы. Чего не было совсем, так это времени. Тринадцать лет я жил, не выключая мобильник даже ночью. В какой-то момент я начал осознавать, что живу не своей жизнью.

После трех недель я вернулся обратно в Россию. Попробовал зажить обычной жизнью, но не смог. Подошел к своему шефу и сказал, что больше не могу этим заниматься. Я очень благодарен этому человеку, считаю его одним из своих учителей. Он понял меня и поддержал. Более того, в течение первых полутора лет он регулярно высылал мне денег, чтобы я ни в чем не нуждался.

На тот момент я жил с девушкой, с которой у нас был совместный бизнес. Объяснить ей было сложнее всего, я даже себе тогда не мог толком объяснить, зачем я все оставляю и уезжаю. Но не сделать этого я просто не мог. Переписал машину, бизнес уже был на ее имя. Больше меня ничего не связывало. Я уехал в Непал, поселился в ашраме в Покхаре, где познакомился с новыми для меня техниками праноямы. Именно тогда йога пришла ко мне и стала неотъемлемой частью моей жизни.

Некоторое время спустя я получил мастерскую ступень рейки, начал преподавать. Мне это нравилось, делится светом — что может быть лучше. Постепенно стали приходить деньги от этой деятельности. В самом начале своего путешествия по Азии я познакомился с Лилой. Это не имя, а название игры, которую я поначалу не воспринял всерьез (прим.ред.: древнеиндийская игра самопознания). А потом я понял, что Лила позволяет увидеть со стороны и показать людям их путь, найти себя и понять, что мешает быть счастливым. Эта игра так захватила меня, что постепенно тренинги-семинары, на которых я провожу Лилу, полностью вытеснили все остальное. На данный момент на два месяца вперед расписаны семинары в самых разных городах России.

Вот парадокс: когда у меня была постоянная, высокооплачиваемая работа, мне постоянно не хватало денег, приходилось иногда занимать деньги у друзей. Сейчас я получаю доход только со своих семинаров, но больше не испытываю какие-либо финансовые затруднения. Более того, я очень много путешествую, объехал половину Индии, был в Непале, Тибете, Израиле, проводил семинары в Испании. Образ жизни изменился, начало моего путешествия совпало с переходом на вегетарианство, теперь, спустя пять лет с момента отказа от мяса, я могу сказать, что никогда еще не чувствовал себя сильнее и здоровее, чем сейчас.

С 14 лет я не живу в России — и это все благодаря Индии, где жили мои родители в 80-е годы. Отец преподавал русский язык в одном из индийских университетов. Позже моя мама вышла замуж за англичанина и переехала жить в Лондон, и через год я тоже к ней присоединилась. Четыре года я жила в Лондоне, училась в школе, потом был университет в Шотландии, потом работа в Японии — я преподавала там английский несколько лет. В перерывы я путешествовала, жила немного в России, Лондоне, где родила первого сына. С ним мы вернулись в Японию к его папе, но долго не прожили, и я на семь лет вернулась в Россию. В России жилось хорошо, но меня манила Индия — многие мои друзья уезжали туда на каждую зиму, иногда не возвращаясь, путешествовали по другим странам Юго-Восточной Азии. Каждую зиму я надеялась тоже поехать, но всегда были какие-то обстоятельства, не позволяющие нам выехать из страны.
Я предпочитаю естественный образ жизни, поэтому я не использую никакие лекарства, не хожу к докторам, люблю жить на природе. Дочь я родила сама, в естественных условиях, в компании лучшей подруги и любимого. После родов мы решили не уезжать в Россию и продолжили наше путешествие — 4 месяца в Непале, полгода в Таиланде, потом вернулись на полгода в Россию — зимовать в домике в деревне. Я была рада домику, но не очень рада холодной зиме и жителям близлежащего города, люди были эгоистичными, грубыми, злыми и безразличными к проблемам других людей. Я смотрела на это как на испытание. Муж, увидев мою грусть, спросил — хочу ли я в Индию — я конечно же ответила положительно, и мы приняли решение, что поедем туда в конце зимы. И вот я снова здесь — в своей естественной среде.
Я путешествую с юности. Закончила английскую спецшколу, затем университет по специальности лингвистика и несколько месяцев училась в США. Именно там я впервые познала дух абсолютной свободы. В Екатеринбурге я кем только не работала: от переводчика до заместителя главного редактора в научном журнале и арт-менеджера по организации международных выставок скульптур и фотографий в Екатеринбургском художественном фонде. У меня была хорошая карьера, семья, много друзей.
Путешествия — это настоящая работа, требующая смекалки, выносливости, готовности постоянно изучать и анализировать новую информацию, это опыт, который можно получить, только свободно перемещаясь по неизведанным и непривычным тебе пространствам. Постоянно проверяешь себя на прочность, когда нет твердой почвы под ногами. Учишься зарабатывать в пути, когда нет вышестоящего дяди, раздающего внятные или не всегда внятные задания. Самостоятельно планируешь свои перемещения, изучаешь места до того, как в них отправишься, перелопачиваешь кучу источников, и посетив их, делишься этим знанием.
В Екатеринбурге я была директором сети магазинов «Автошины и диски мира». Когда я в первый раз приехала в Таиланд туристом, эта страна очаровала меня своим спокойствием, радушием, открытостью и простотой отношений. Впервые за пять лет я полностью расслабилась и успокоилась. Эти ощущения остались как цель, как мечта. А потом случился кризис 2008 года. Продажи встали, банки лопались, люди паниковали, сокращения, падение зарплат, задержки с выплатами. В общем, тогда казалось, что хуже уже не будет. Решение пришло спонтанно — съездили еще раз в Тай, все тот же мир и покой в душе, вечное лето, море, свежие фрукты и овощи, после 35 лет жизни на Урале — это сказка наяву.
Все пришлось начинать с круглого Нуля. Все наши заслуги, приобретенные в Екатеринбурге, остались на Родине. Здесь ты как выпускник вуза, со знаниями и опытом, а куда с этим всем пристроиться, не понятно. Постепенно картинка прояснилась — поток русских жителей и туристов увеличивался, появился спрос на праздничные услуги, начала формироваться мода на свадебные церемонии за границей. Мы с друзьями открыли первое русское праздничное агентство в Таиланде. Основной сферой деятельности которого стали свадьбы, отсюда и название „Wonderful Wedding». Сейчас мы расширяем сферу наших услуг, наше новое направление MICE все более востребовано на рынке туристических и событийных услуг. Моя дочь учится 6 классе местной школы. У нее отличный английский, разговорный тайский, начали учить китайский. Русский разговорный без проблем, но вот за грамотность письма приходится бороться. Меня радует, что она в 6 утра встает сама в школу и идет туда радостно.
В декабре 2009 года у меня была должность юрисконсульта большого завода в Челябинске, пятилетний стаж, пенсионные отчисления, две кошки, съемная квартира и тяжелейшая депрессия. Все было таким беспросветно черным, что временами хотелось перепутать дверь и окно. Как я уезжала — отдельная долгая история. Суть в том, что через две недели после принятия самого спонтанного решения в моей жизни я выходила из самолета в аэропорту Гоа, ошалевшая от перелета, запахов и неизвестности. У меня было две сумки с ненужными, как позже выяснилось, вещами и 400 баксов в кошельке.
Очень скоро закончились 400 долларов, и пришлось искать работу. В Гоа с этим проблем, как правило, нет, белокожие девочки нужны всегда. Мне повезло, я работала в ресторане, получала зарплату, а в нагрузку к этому работодатель предоставил бесплатное жилье и еду. Когда пришло время возвращаться, я точно знала, что жить так, как раньше, больше не смогу. Летела домой с уверенностью, что вернусь снова. Так и вышло. Уволилась с завода, помахав ручкой толстенным папкам с судебными исками, и полностью перешла на фриланс. Конечно, стабильности в ней нет, но меня это устраивает больше, чем работать в офисе.