Легальные вандалы. Как художники «Стенограффии» вселяют в стены души

08:25, 06 Июль 2015
img_6041.JPG
Фото: Мария Захарова
Роман Екатеринбурга и стрит-арта завязался спонтанно, развивался стремительно и на днях отметил первый юбилей. В масштабе страны столица Урала — едва ли не единственный город, где уличное искусство одобряется властями и понимается жителями.
Пять лет под флагом «Стенограффии» в Екатеринбург приезжают художники из разных городов и стран. Организаторы предоставляют легальные площадки и не особо лезут в замысел райтеров — эскизы заведомо согласованы с администрацией города или иными хозяевами стен и заборов  — МУПами, коммунальщиками, жителями домов. 

В разгар фестиваля ЕТВ пробрался на площадки, где рождается прекрасное, чтобы выпытать у авторов историю — о картинах, о том, как появляются эскизы и силы, чтобы заставить эти стены говорить. Рассказы пяти ярких представителей «Стенограффии — 2015» мы собрали в один репортаж.
img_5981.JPG
Андрей Пальваль. Харьков.

На «Стенограффии» гостит уже третий раз и третий раз оставляет Екатеринбургу птиц.

Пальваля в Екатеринбурге явно ждали: свои — художники, граффитчики — признательны Андрею за стиль. Горожане же, любящие уличные полотна, помнят Гагарина с голубем, которого украинский райтер оставил летом прошлого года на Малышева. 

В Екатеринбурге Андрей Пальваль гостит и работает третий раз и третий раз дарит птиц: первая работа в рамках «Стенограффии — 2013» — «Аист» у «Гринвича». На этот раз птиц будет больше: белые чайки уже кружат на стене Куйбышева, 48. 

«Мы с птицами встречаемся везде и всюду: мы их едим, смотрим на них, спим на подушках, набитых перьями. У нас вообще очень много связано с птицами,  - объясняет свой замысел художник. — Есть птицы, которые всегда с нами — воробьи, голуби, чайки. Будучи в Риме, я увидел, насколько они могут быть наглыми: несмотря на все то великолепие, культурный пласт, который две тысячи лет накапливался, пролетающая живая чайка привлекает к себе гораздо больше внимания, чем все римские руины. Ее кормят с удовольствием, она довольна». 
Куйбышева, 48
Куйбышева, 48

Прямо за корпусом УрФУ художник из Харькова выпустил в небо стаю птиц.

«Я читал газету 1962 года - Los Angeles Times“, если не ошибаюсь. О Юрие Гагарине говорили все. Ведь тогда страна, которая воспринималась в контексте исключительно военном, вдруг неожиданно дает гуманитарный посыл: майор реактивной авиации становится узнаваемым, родным и близким. Тогда я увидел фотографию с птицей, захотелось или скопировать или сделать что-то такое»,  — рассказывает о своей прошлой работе на Стенограффии“ Пальваль.

Мне очень нравится, что не сразу у Гагарина читается посыл. Там есть довольно долгий светофор — 70 секунд, есть время постоять и подумать, поанализировать“,  — говорит художник.
img_5949.JPG
Андрей Пальваль, Харьков:

«Я понимаю, что в Екатеринбурге меня окружают друзья. И приглашают меня сюда тоже друзья. Стенограффия“ — это дружба между людьми — организаторами, участниками и зрителями».

Фото: Мария Захарова
Работа над Гагариным в 2014 году совпала с пиком непонимания между Россией и Украиной. Харьковский художник признается: досталось и ему.

«Меня осуждали. Мне тогда сказали, что у меня ностальгия по совку. Причем, говорили это люди 1992 года рождения, но я особого значения таким уколам не придал. Меня не приняли в октябрята — ну, се ля ви. Я рад, что у меня есть возможность незаангажированно посмотреть на ситуацию. Меня могут колоть мои собратья — они имеют на это полное право, но в то же время я могу присутствовать там, где я хочу»,  — заключает гость с Украины.
img_5996.JPG
Костя Zmogk. Москва.

На «Стенограффии» впервые и сразу же играет по-крупному: за два дня художник закрасил стену трехэтажного барака в центре города.

Идея «Dreamer» пришла к художнику благодаря снам, в картине сочетаются сразу два образа —  силуэт девушки и голова робота. «Здесь никакого прямого послания нет, больше наверно просто красивая картинка,  — утверждает граффити-райтер. — Пусть каждый увидит здесь свое».

Говорим с Костей о вдохновении. «Это вообще сложный вопрос — откуда его черпать? Кто-то ищет и находит в музыке, например. А я постоянно что-то рисую и иногда черпаю вдохновение в своих прошлых работах или в том, что меня окружает. Дом красивый построили — чем не вдохновение»,  — признается художник.
Закатать трехэтажку на Куйбышева Косте удалось за два дня
Закатать трехэтажку на Куйбышева Косте удалось за два дня

«Если брать стрит-арт и граффити в целом, то мы далеко позади от запада. Но у нас есть отдельные художники, которые могут дать фору всем. Например, Тимофей Радя — для меня он один из честных художников, и его работы — настоящий стрит-арт. Он не рисует бездумные красивые картинки, а оставляет послание публике, работает с людьми».
Куйбышева, 40б
Куйбышева, 40б

Фото: Мария Захарова

img_6004.JPG
Андрей Repas. Алма-Ата.

Самый обаятельный гость «Стенограффии». Рисует в Екатеринбурге третий раз и третий раз сталкивается с непониманием аборигенов.

Гостя из солнечного Казахстана тоже ждали с нетерпением: чтобы потусить с обаятельным и улыбчивым Андреем из команды Repas, волонтеры «Стенограффии» выстраивались в очередь.

Нас Андрей встретил с распростертыми объятьями и улыбался все время, даже когда в течение 10 минут солнце дважды сменил ветер и дождь. «А мне такая погода нравится. У нас в Казахстане +35 в тени — работаешь как пластилин. А тут бодрячком»,  — говорит художник.
img_6023.JPG
улица 8 Марта, 127

Стилю своему Repas не изменяет: во дворе у Южного автовокзала оставит несколько улыбчивых коробочек: «Как называется? А я еще не думал даже. Сейчас, посмотрим, люди подойдут, может подкинут мне идею для названия. Они иногда больше видят».

Фото: Мария Захарова
По эскизу — это лесной персонаж в форме коробки, говорит о своем творении автор. «Есть основной эскиз, который подают на утверждение. Но в процессе он может быть дополнен или немного изменен: когда работаешь, подходят жильцы или просто прохожие и иногда такие мысли задвигают, что начинаешь видеть свою же задумку иначе»,  — признается Repas.

Впрочем, не всегда жильцы помогают уличным художникам, даже в Екатеринбурге, где у города, как казалось, взаимная любовь со стрит-артом. «Мы начали работу вечером в пятницу. Только стену закатали, подъезжают три полицейских машины. Взяли нас в окружение, говорят,  все, сейчас поедем оформляться. Но у нас есть бумага: все работы легальные. Полиция в итоге документы проверила и уехала. А выяснилось, что ее вызвала одна пожилая женщина, которая тут живет. Она еще ранее к нам подходила, говорила, что мы тут стены портим»,  — рассказывает Андрей.
img_6011.JPG
Андрей Repas, Алма-Ата:

«Полиция — это фигня, вот в прошлом году, когда у вас работали, в нас кирпичи с девятого этажа кидали!»

Фото: Мария Захарова
Зона творения Репаса рядом с детской площадкой, поэтому, говорит художник, рисунок будет веселым и добрым. Закончить его казахстанский гость планирует до 7 июля. «Дольше нельзя — надо домой возвращаться»,  — признается райтер.
img_6049.JPG
Игорь Mes Crew. Екатеринбург.

В «Стенограффии» участвует впервые. Его миссия — поселить во дворе на Малышева память о дедушке.

Эта история едва ли не самая трогательная и удивительная за все годы фестиваля. Екатеринбуржец Игорь Местный до этого в «Стенограффии» не участвовал. Граффити для него как стиль жизни: из масштабных проектов в связке с друзьями — огромный «Поезд Победы» на Ботанике, который ребята торжественно открыли в канун 9 мая. 

Но была у Игоря мечта: увековечить память деда во дворе на Малышева, 15, где тот раньше жил. Мечта совпала с одной из тем «Стенограффии». За пару дней екатеринбургский райтер вернул родственника-героя в родной двор.
img_6034.JPG
Малышева, 15

Никандр Сафронович Митюнин в войну был летчиком. Теперь на богом убитой будке в родном дворе появился сам дед и его самолет.

Фото: Мария Захарова
Обычно мы просто берем фотографию и рисуем, но для фестиваля этого было недостаточно. Сначала рисовали карандашом, потом на компьютере, в итоге получилось изображение, которое ушло на стену“,  — рассказывает Игорь. На граффити ушло полсотни баллонов краски и три дня — особенности уральской погоды. 

«Обычно мы рисуем граффити,  это, в первую очередь, шрифты. Но на Стенограффию“ предложили совершенно другую работу. Я хотел ее сделать, организаторы оказали мне помощь в реализации»,  — признается райтер.
Малышева, 15
Малышева, 15

Смысл работы, объясняет Игорь, в том, чтобы граффити запомнили. «Деду наверное бы понравилось», — рассуждает художник.
img_6051.JPG
Марина Ягода. Новосибирск.

Вишенка на торте «Стенограффии». Художница влюбила в себя Екатеринбург банкой сгущенки, нынче подтвердит преданность Уралу фронтовичкой размером с пятиэтажку.

Марина Ягода и муж ее Иван — ветераны «Стенограффии». Команда TAK NADO из Новосибирска подарила городу много прекрасных работ — это банка супа и банка сгущенки на Ботанике, 3D-старики на Шейнкмана, «Девушка-фавн» на Гурзуфской и замечательные «День и ночь» на заднике ДК Лаврова.

В Екатеринбурге шутят: нынче фестиваль для Ягод — Ивану дали десяток будочек в центре города, а Марине — целую пятиэтажку на Пионерке. В течение недели на стене дома на Уральской будет обживаться «Фронтовичка».
15.jpg
Уральская, 60

«Фронтовичка», эскиз. По словам Марины Ягоды, разметка заняла 1,5 часа. На граффити уйдет 5-7 дней в зависимости от погоды. Во всяком случае покупать обратный билет девушка-райтер пока не торопится.

Фото: оргкомитет «Стенографии»
Екатеринбургская «Фронтовичка» станет одной из нескольких работ Марины к юбилею Победы. Один фасад уже закрашен в Москве: на улице имени летчицы Екатерины Будановой совсем недавно появился ее портрет. Второй станет работа на Урале. Третью, говорит Ягода, если успеет, сделает в своем родном Новосибирске.

«У войны мужское лицо, так и должно быть. Мужчина должен воевать. Но по статистике и вообще по факту очень многие женщины были на фронте, но об этом как-то мало вспоминают, а мне бы хотелось, чтобы именно этот аспект и был освещен»,  — признается художница.
Уральская, 60
Уральская, 60

На объект Ягода выходит поздно вечером: сначала долго борется с фонарями — их яркий свет мешает художнице нанести разметку.

Уральская, 60
Уральская, 60

Когда фонари завешаны пакетами, художница перемещается к дому.

«Вот как изобразить войну? Как изобразить ее так, чтобы не было ощущения угнетенности и страха, который действительно несет в себе это слово?  — задается Ягода в перерыве между нанесением разметки. —  Эта работа будет здесь, на улице, и она не должна вызывать негативных эмоций. Она должна заставить людей вспомнить и задуматься».
img_6100.JPG
Уральская, 60

Полночь. Марина Ягода во всю работает над чертами «Фронтовички».

Фото: Мария Захарова
«На самом деле, граффити как монументально-декоративное искусство — это все-таки мужская стезя. А разу уж этим занимается девушка, то работы должны отличаться по стилю, — рассуждает о своем стиле художница. — Мне кажется, улице как раз и не хватает добрых, нежных картинок, потому что реклама — это агрессивный фон. Мало добра и мягкости. Улица сама по себе она угловатая, и нежные граффити — это как раз то, чего не хватает нашим российским городам».
8uox2mftcya.jpg
Уральская, 60

Нежное граффити Марины Ягоды в рамках «Стенограффии — 2015»

Фото: Дмитрий Чабанов, пресс-служба фестиваля
«Для нас Стенограффия“ — это тепло,  уют,  доброта и новые возможности. Для меня и для моего мужа это первые и большие объекты, наши неожиданные начинания, когда нас поддерживают. И в Екатеринбурге мы отдыхаем и работаем. Если одним словом… Сейчас, подожди, подберу… нет, не подберу!» — смеется Марина Ягода. Художница говорит, что если останется время, то она вместе с супругом отреставрирует свой первый стрит-арт-объект в Екатеринбурге — банку сгущенки на Ботанике.

«Из работ, которые мы оставили в Екатеринбурге, мне нравятся дедка с бабкой (3D-старики — прим. ЕТВ) и Банки сгущенки и супа“ — это наша первая здесь работа, наш символ, и я до сих пор ей любуюсь. Хотя,  вру. Моя любимая работа — это Девушка-фавн“ на Гурзуфской. Она очень нежная»,  — добавляет Марина.
Стенка на стенку: в Екатеринбург вернулись легальные граффити-вандалы
Развлечения
Стенка на стенку: в Екатеринбург вернулись легальные граффити-вандалы
«Стенограффия» привезла кусочек солнечной Бразилии и романтичную Венецию, возрождает святой лик старика Б. У. Кашкина и вернет в Екатеринбург Спартака Гогниева.
Вика Цыганова: о музыке, мехах и красоте
Готовность №1: "Стенограффия" метит дворы и стены Екатеринбурга
Город
Готовность № 1: «Стенограффия» метит дворы и стены Екатеринбурга
Две тысячи баллонов, тридцать пар рук: в Екатеринбурге началась пятая «Стенограффия». Сегодня, 3 июля, райтеры и бомберы официально дали старт месячному марафону уличного искусства. За этот день они замажут два десятка стен и заборов.
Играй в город! В музее истории презентовали настолку о Екатеринбурге
Развлечения
Играй в город! В музее истории презентовали настолку о Екатеринбурге
Пока что игру «МЕГА выходной в Екатеринбурге» можно получить только в подарок от создателей, в продажу ее запустят через пять-шесть месяцев.
Журналист Владимир Гридин о носках, как чувстве стиля
Екатеринбургский ТЮЗ покажет, как люди становятся ботами в соцсетях
Екатеринбургский ТЮЗ покажет, как люди становятся ботами в соцсетях
«Провинциальные танцы» представят свою новую постановку про самообучаемый вирус, идею которого придумал Гофман.