«Для решения проблемы туберкулеза беда номер один — это стигма!»

14:39, 26 Октябрь 2018
vaccination-67477_960_720.jpg
Вадим Тестов, заместитель директора НИИ «Фтизиопульмонологии» рассказал ЕТВ, что сроки лечения туберкулеза в России могут сократить вдвое.

В Гааге начала свою работу 49-я Международная конференция Союза по борьбе с туберкулезом и заболеваниям легких. Четыре тысячи делегатов из 80 стран, в числе которых медицинские чиновники, врачи, активисты, правозащитники, обсуждают здесь последние достижения науки и современные вызовы в области зашиты прав пациентов с туберкулезом по всему миру.

На церемонии открытия активисты устроили акцию протеста. Они требовали фармпроизводителей снизить цены на современный препарат от туберкулеза с множественной лекарственной устойчивостью — бедаквилин. В числе несогласных с ценовой политикой фармкомпании были и россияне. О роли пациентского сообщества и о доступности лечения в России корреспондент ЕТВ поговорила с делегатом от России, к. м. н., зам. директора Национального медицинского исследовательского центра фтизиопульмонологии и инфекционных заболеваний Минздрава России Вадимом Тестовым.

Модель еды
ЕТВ ищет, где в Екатеринбурге хорошо поесть и красиво сфотографироваться.
img-4735.jpg
Вадим Тестов: «Туберкулез как инфекция не признает границ»

Фото: yeltsin.ru

— Какие задачи у вас и ваших коллег здесь в Гааге, на этой конференции?

— На таких мероприятиях решаются задачи дальнейшей медицинской стратегии по лечению заболевания. Если Россия не принимает участие в разработке этой стратегии, если наши эксперты не присутствуют на подобных встречах, то получается, что концепция будет сделана без контекста России. Когда специалисты разных стран не общаются друг с другом, получается некий разрыв — у нас такое уже было. Все это приводит к тому, что мы не понимаем, что делает мировое сообщество, а мир не понимает, что делает Россия.

Здесь мы можем присутствовать при формировании новых рекомендаций и протоколов ВОЗ. Для нас это очень важно, потому что наша страна обязалась выполнять общие рекомендации ВОЗ. И это правильно. Туберкулез как инфекция не признает политических и географических границ, поэтому никакой сепаратистской позиции здесь не может быть.

— Насколько для нас актуальна проблема дорогих препаратов?

— Для России сегодня актуальна проблема импорта, поскольку все импортное привязано к курсу доллара. И проблема даже не в препаратах, а в том, что у нас прежде было закуплено иностранное оборудование и все расходные материалы для него сейчас чрезвычайно дороги. Что касается противотуберкулезных препаратов, в этом плане мы пытаемся обеспечить свою независимость — нам удалось локализовать поставки и производство на 90%. В этом году, как минимум, еще одно крупное производство откроется в Калуге, налажена работа в Иркутске и Владимирской области.

У нас есть свои системы, которые могут заменить те западные системы, с которыми у нас возникают ценовые разногласия. Я не хочу сказать, что технически они полностью соответствуют друг другу. Но важно, что зависимость от импорта здесь снижается, потому что все, что касается инфекции — это инструмент для давления.

Афиша не для всех: чудный день в Британии и на «Екатеринбург-Арене»
На этих выходных ЕТВ вновь предлагает окультуриться.

— Не так давно министр здравоохранения Скворцова говорила, что Россия находится в мировых лидерах по темпах снижения заболеваемости и смертности от туберкулеза. Вы согласны с официальным мнением?

— Министр права, но эти показатели надо правильно интерпретировать. Ситуация у нас такая: в последние годы Советского союза мы не сильно отличались по заболеваемости туберкулезом от европейских стран и США, даже были чуть выше, но этот разрыв не был критическим. Если бы у нас не было событий девяностых, то и проблем с туберкулезом бы не имели. Туберкулез — это социальный индикатор: как только ухудшается уровень жизни, начинаются социальные катастрофы, массовая стрессовая ситуация — это первое, что выстреливает. Эпидемию можно получить за несколько лет. И к 2000-м годам мы имели более, чем трехкратный рост заболеваемости и более чем четырехкратный рост смертности.


«Репродукция»: боевой научпоп с элементами драмы
Разбираемся, сколько жанров намешали создатели фильма с Киану Ривзом и хорошо ли у них это вышло.
Тереза Касаева
глава департамента по туберкулезу ВОЗ

Почему до сих пор проблема туберкулеза существует? Современные лекарственные препараты, новая вакцина — это, конечно, важно. Но беда номер один — это стигма! Многие люди, включая руководителей крупных компаний убеждены, что туберкулез — болезнь прошлого, сегодня ее не существует. К сожалению, в разных странах до сих пор есть проблема дискриминации, человек с туберкулезом может запросто лишиться работы.

Что с этим делать? Нужно говорить людям, что туберкулез — опасное заболевание, передающееся воздушно-капельным путем. Но оно излечимо. И как только больной начинает принимать препараты, очень быстро становится не опасным для окружающим. И вообще не все формы туберкулеза опасны для окружающих.

Тереза Касаева

Восстановление началось в середине 2000-х. В первую очередь мы восстанавливали наши медицинские возможности, службы, и сегодня мы входим в число лидеров по темпам снижения заболеваемости, а по снижению уровня смертности мы даем вообще абсолютный рекорд. Но надо понимать, что падение показателей — это не значит, что ситуация решена. Просто из плохой ситуации мы уходим в ситуацию менее плохую, но нам предстоит еще длительный путь.

В настоящее время у нас смертность 6,5 человек на сто тысяч человек населения, развитые страны имеют меньше одного человека, то есть более чем в шесть раз меньше. В 2002 году смертность от туберкулеза была 20 человек на сто тысяч, динамика впечатляющая. Но полностью удовлетворительной ее назвать нельзя. Та же ситуация с заболеваемостью: в 2000-м было 90,3 на сто тысяч, сегодня 48 человек на сто тысяч, то есть падение более чем в два раза.

Главная наша задача, чтобы туберкулез в ближайшие 10-15 лет из регулярного заболевания перешел в разряд редко встречающихся.

«Беда номер один — это стигма!»

— Сегодня на конференции много говорят о противотуберкулезной вакцине. В ближайшей перспективе ее можно будет получить?

— Вакцина разрабатывается давно, мы все ее ждем. Но ожидание довольно сильно затянулось. И когда мы ее получим и надо ли ее получать ценой таких затрат, — это уже вопрос. Сейчас на конференции происходит более важное событие: ВОЗ меняет свои подходы к лечению лекарственно устойчивого туберкулеза. И для России это важная проблема. Обсуждается изменение схем лечения, внедрение новых препаратов, известные переосмысливаются с точки зрения их комбинаций, сроков употребления, показаний к назначению. И вот это гораздо важнее чем вакцина.

— Что именно предлагают изменить в лечении?

— Предлагаются более короткие сроки. Курс занимает два года, причем с использованием инъекций в течение полугода. Сегодня его предлагают сократить в два раза и отказаться от инъекций, потому что это у многих отбивает желание лечиться. Но пока это больше научный вопрос: врачам нужно четко понимать, что эти способы лечения соответствуют предъявленным требования, тут нет осложнений и негативных моментов, эффективность не ниже, чем была у других методов.

Рекомендации ВОЗ предлагает, но каждая страна должна решить — стоит ли ей это делать немедленно или проводить дополнительные свои исследования, воспринимать ли рекомендации ВОЗ как данность или какое-то время наблюдать за опытом других стран. Вот эти процессы сейчас наиболее важны на конференции.

Нужно говорить о том, какие люди находятся в группе риска. Это прежде всего люди со сниженным иммунным статусом — ВИЧ-положительные, пациенты с сахарным диабетом, люди с пониженным весом. Что касается сроков и формы лечения — в 2014 году ВОЗ утвердила единую концепцию, провозглашающую, что права и интересы пациента превыше всего. Период активной фазы заболевания от двух недель до месяца: не нужно удерживать пациента месяцами и годами на госпитализации. Но есть люди, которые сами предпочитают стационар. Это их выбор.

К концу этого года ВОЗ предложит странам новые рекомендации по лечению МЛУ-туберкулеза — множественного лекарственно-устойчивого туберкулеза. Сейчас курс лечения в России, например, около двух лет. Предполагается, что он может быть в разы короче. До двух месяцев. И для врачей, и для пациентов это очень важно!

Тереза Касаева
глава департамента по туберкулезу ВОЗ
Как игровая комната. На Мичурина открылся центр лечения детских глаз
Общество
Как игровая комната. На Мичурина открылся центр лечения детских глаз
Детский офтальмологический центр похож на игровую комнату. А еще это, по сути, первая поликлиника, где маленькие пациенты могут исправить зрение.
Онкология. Что делать, чтобы не умереть?
Союз читателей
Как книги влияют на мозг?
Как книги влияют на мозг?
От Светланы Зенковой
Университет денег: как Сбербанк заставляет людей забыть о доме
Общество
Университет денег: как Сбербанк заставляет людей забыть о доме
ЕТВ выяснил, чем может похвастаться корпорация, которая хочет составить конкуренцию Google.