Вячеслав Трапезников: «Желание гораздо важнее ресурсов»

Новый глава Орджоникидзевского района резко стартовал с программой, которая подавит грязную парковку на газонах и поможет жителям самостоятельно обустроить удобные чистые дворы. О своих амбициозных планах свежий чиновник рассказал ЕТВ.
Авторы:Ая Шафран
Долгие годы Вячеслав Трапезников был известен жителям Екатеринбурга как глава Гильдии строителей Урала, член общественной палаты и вообще активный участник городской жизни. По этой причине известие о назначении его главой самого большого района уральской столицы заставило жителей Уралмаша и Эльмаша приободриться: граждане надеются на скорые изменения ситуации на районе к лучшему.

Стараясь соответствовать, недавно администрация Орджоникидзевского района запустила сервис «Помоги квартальному сделать свой район чище», а вскоре опубликовала инструкцию «Наш двор — наша территория: как сделать ее удобной». Как именно Уралмаш и Эльмаш сделают шаги к светлому будущему, ЕТВ узнал у Вячеслава Трапезникова.

Соцгорода — лучшие пространства для жизни

— Почему на новом посту вы решили заняться прежде всего благоустройством?  

— Я 15 лет занимался строительством и смотрю на проблемы городской среды с утилитарной, профессиональной точки зрения. В Гильдии строителей Урала мы постоянно занимались и проблемами генпланов, и вопросами отдельно стоящей застройки. Мне приходилось сталкиваться с планировочными решениями для крупных объектов, например, Академического. Естественно, я знаю, как проблема автомобилизации решается в новых кварталах и сколько внимания руководство строительного блока мэрии уделяло ее решению. У меня была возможность видеть, как объекты, которые мы проектируем, выглядят спустя годы. 

— Например, Академический, где все улицы и дворы заставлены машинами… 

— Академический у нас такой один, и вот что интересно: даже когда есть подземный паркинг, в некоторых домах по году и более бывает продано всего пять машиномест из 200. В прошлом году мы в Гильдии выяснили, что у строителей в Екатеринбурге 15 тысяч непроданных машиномест. Умножьте эту цифру на среднюю себестоимость места в 600 тысяч рублей, и вы поймете масштаб бедствия. 

— Это еще паркинги, построенные для «людей с деньгами», для жителей новых домов. А как же быть со старым жилым фондом на Уралмаше и Эльмаше?  

— Действительно, наша публика в последнее время квартиры в основном не покупала. Придя сюда, я быстро осмыслил цифру, которую раньше мне называли мои друзья-чиновники: 440 машин на 1000 человек. «Слава, автомобилизация такая большая!»,  — говорили они, но я все равно эту информацию воспринимал как через стекло, не проникая вглубь. Сейчас люди ставят машины где могут — во дворах, на газонах, детских площадках. 

Это проблема всех российских городов, но в Орджоникидзевском районе она кристаллизована, потому что здесь преобладает сталинская и послесталинская застройка. При проектировании соцгородов Уралмаша и Эльмаша не предполагалось, что их жители будут иметь личный автотранспорт. Мне очень нравятся соцгорода, это лучшие пространства для жизни — трехэтажные дома с высокими потолками, просторными квартирами и придомовыми территориями. Эта среда почти идеальна, за одним объективным минусом — она не предусматривает автомобилизацию вообще.

Карательные меры для меня первичны

— Что же делать?  

— На одной из первых моих административных комиссий мы привлекали к ответственности за парковку на детской площадке. Пришел мужик два метра ростом, такой конкретный водила «Газели». Мы наказываем его на две тысячи, он живет в этом доме, у него есть маленькие дети. Мужчина этот приехал на обед, хотел быстро поесть дома, поставил машину на детской площадке, в это время квартальный его сфотографировал. И вот он на меня наезжает. Я думал, он меня побьет, начну службу со скандала. «Вы сами мне ничего не обустроили!» — такой агрессивно-иждивенческий посыл. До драки не дошло. Я ему пытался объяснить, что это ваш двор, вы можете и должны отвечать за нее, но, кажется, мысль до него не донес. И тогда понял, что доброе слово и пистолет гораздо эффективнее, чем просто доброе слово. 

В благоустройстве нужен баланс между карательными мерами и убеждением. Как бы негуманно это ни прозвучало, карательные меры для меня первичны. Я могу дать сто интервью, завесить весь район плакатами «не паркуйся, как чудак» — это не поможет. 

— Сколько же нужно квартальных, чтобы всех оштрафовать?  

— У меня сейчас 20 квартальных. Да, у них очень большие территории, да, проблема носит массовый характер. Первое, что я сделал — ввел для них плановые показатели, там очень агрессивные цифры по сравнению с тем, что было в течение трех лет. По плану у них — 10 протоколов в неделю, это много. Процедура долгая и противная: запрос в ГИБДД по номеру, они долго отвечают, в деле много юридических препон. 

— Фотографии неправильно припаркованных автомобилей, которые присылают жители,  — они тоже входят в этот план?  

— Не входят. Второе, что я сделал после того, как ввел план, — поставил вопрос, как задействовать общественную энергию? Мы вместе с юристами подготовили проект «Помоги сделать свой район чище», чтобы с его помощью гражданин мог обратиться к нам напрямую с любой фотографией нарушения. Раньше квартальный получал сигнал, шел на место, а машина, конечно, уже уехала. Для меня важно создать систему, при которой сигнал гражданина, подтвержденный фото и текстовым сообщением, мог быть основанием для наказания. Тогда у меня будет не 20, а 200 квартальных, эффект системы вырастает в разы! Это уже работает. Мы запустили систему на сайте с февраля и за март получили около 100 сообщений. Теперь задача увеличить этот показатель в несколько раз.
img_4194.jpg
Вячеслав Трапезников в новом кабинете

Фото: ЕТВ

Программа обустройства дворов самоокупаема

— Ресурсы администрации не будут тратиться на обработку этого входящего трафика?  

— Ресурсы тратятся: все равно мы рассматриваем сообщения, составляем рапорты, готовим протоколы, делаем запросы на номера. Но это кабинетная работа, тогда как проблема в основном была в ограниченном количестве человекошагов. Я не могу заставить квартальных круглосуточно бегать, так они не смогут составлять материалы. Идея в том, чтобы квартальные делали свою работу повседневно, а сигналы от населения повышали эффективность системы в целом. Теперь мне важно вынести первое постановление, это случится в апреле. 

Мы выяснили, что у нас много союзников. Все управляющие компании заинтересованы в сохранении порядка. В каждой работают техники, дворники, мастера. Им больше не надо бить стекла, им дают фотоаппарат и просят сфотографировать тех, кто паркуется на газоне. Нашими союзниками стали университеты, у них острейшая проблема — все озелененные территории перед вузами заставлены машинами. Бетонные полусферы просто уносят в два дня. Заинтересованных много, просто нужен легальный, неэкстремистский инструмент. 

— А как на счет позитивной мотивации? Вы дадите людям понимание того, как должно быть организовано пространство?  

— Это самое важное! Я подчеркиваю, привлекать к ответственности — это не цель. Но на этом этапе я хочу донести до населения мысль о том, что разрушение благоустройства машинами наказуемо. Если за два года мне удастся наказать каждого пятого автомобилиста, у меня все в районе будут знать, что так делать нельзя. 

А вот потом мы переходим к позитивной мотивации. Это проект  «Обустрой свой двор». 99% домов в районе нашем районе размежеваны, а значит, по закону придомовая территория принадлежит жильцам, и не важно, зарегистрировали они право собственности или нет. Я не могу тратить бюджетные деньги на придомовую территорию, программа «1000 дворов» прекратила свое существование, надежды на бюджет нет. Соответственно, наша задача — помочь людям осознать, что с этим надо что-то делать, и помочь это сделать. В основе всего лежат деньги, это самое неприятное. Программа «Обустрой свой двор» предполагает, что найдутся жители, которые скинутся по 300-800 рублей на благоустройство. Кроме того, я убежден, что для большинства дворов эта программа самоокупаема. 

— Каким образом?  

— Надо перепланировать дворы. Сейчас двор — это ноль парковок и 20 соток газонов. Задача сделать 10 соток хорошего защищенного газона, на который никогда никто не встанет, а остальные 10 соток занять под парковки, каждая из которых будет закреплена за человеком, и обустроить въезд во двор. Да, чудес не бывает, чтобы разместить всех, пришлось бы весь газон закатать в асфальт. Но автовладельцы, которые получат парковки, могут по квитанции платить в целевой фонд дома на то же благоустройство. Таким образом, деньги возвращаются в дом.

Я далек от иллюзии, что мы построим город-сад

— Так вы поддерживаете повальное огораживание заборами, которое сейчас повсеместно происходит?  

— Нет, ни в коем случае. Как это происходит сейчас — катастрофа. У нас в районе несколько дворов, которые пустили по периметру сетку-рабицу. Почти во всех случаях это приводит к тому, что мамочки начинают ходить в детский садик на 300 метров дальше, по участку, где просто нет тротуара. Наша гордость, гимназия «Арт-этюд» в такой ситуации: проход к ней идет по никому не принадлежащей квартальной дороге, между двумя контейнерными площадками. Это позор района. Мы активно ищем инструменты, как это исправить. 

Проблема в том, что сегодня вопрос не урегулирован нормативно, нигде не сказано, каким должно быть ограждение и как оно может прерывать городскую ткань. Наши кварталы проектировались исключительно со сквозным пешеходным трафиком. Архитекторы, которые проектировали эти генпланы, не могли себе представить того, что сейчас происходит. 

— И что с этим делать?  

— Сначала донести до каждого, что двор — его, потом рассказать, что за ничтожные деньги можно снять половину газона, привезти машину щебня, обустроить парковку и закрепить ее за людьми, которые будут платить дому за свое удобство. Важно, чтобы было ограничение въезда, иначе все это зря, особенно на Космонавтов, потому что вся Верхняя Пышма сделала вокруг каждой станции метро перехватывающую парковку в радиусе 300 метров. Главное — ограждение не должно препятствовать пешеходному трафику. Сделать все это по уму можно очень дешево! Я рассчитываю, что мы сделаем тест с 5-7 дворами. 

Надо, конечно, обязательно встречаться с людьми самому — как минимум на первом этапе. В марте мы провели первую такую встречу, на нее пришло почти 40 человек. Я был готов ко всему. Что я им скажу: «денег нет, делайте все сами»,  — и они меня помидорами закидают. Я устал, как собака, за эти два часа, но увидел понимание, готовность действовать, благодарность за то, что с ними поговорили ответственно. Сейчас мы пытаемся выстроить схему взаимодействия между администрацией района, УК, общественниками и жителями домов. Плюсом у нас есть генпланисты, группа сметчиков, спонсоры. Сейчас у людей есть две крайности — замковый ров или безобразный разрушенный двор. Важно показать, что есть третий вариант. 

Я знаю прецеденты, когда жильцы собирали с автомобилистов по 800 рублей в месяц, но это может быть 500 или 300. Как только вы сделаете твердую площадку, начинают копиться деньги. Если двор будет перезонирован, мы приблизим наши соцгородки к той урбанистической и транспортной ситуации, которая сейчас существует. Я далек от иллюзии, что мы построим город-сад, мой приоритет — реализация 5-7 пилотных проектов за первые год-два, после чего — мультиплицирование технологии. Важно показать, что это выполнимо и сверхзатраты не нужны. 

— Вы уже получаете отклик на свою программу?  

— После ее опубликования в район начало поступать по нескольку десятков звонков в день. Люди спрашивают, где взять подосновы, как получить генплан… У нас есть лонг-лист, к началу мая будет шорт-лист домов, которыми я займусь сам лично. 

— Какова ваша роль в процессе?  

— Без воли первого лица двор не переделать. Я приеду на общее собрание, проведу еще какие-то встречи, если надо. Затем мы займемся выдачей генпланов дворов, документацией, ее согласованием, утверждением смет. Например, можно ограничить въезд воротами или цепочкой, огородить газончик суперклумбами или старыми трубами. Когда начинаешь думать, как это сделать, а не сколько это стоит, выясняется, что не надо много усилий: желание гораздо важнее ресурсов.
Кто покажет всем флаг?
События
Кто покажет всем флаг?
Уральцы-обладатели олимпийских медалей заступились за тех, кому не держать золота, обмотавшись триколором.
Ольга Волкова. Бабушка папиных дочек
Всеволод Емелин. Стихи о 90-х