Город грехов

Как ошибки архитекторов и градостроителей провоцируют екатеринбуржцев на преступления.

— Представьте, что поздно вечером вы возвращаетесь домой с работы. У вас есть два пути — пойти безлюдной улицей нового фешенебельного района или срезать через старые дворы, где тусуются гопники. Что вы выберете?

— Ну, наверное, фешенебельную улицу.

— И будете глубоко не правы — именно там у вас гораздо больше шансов стать жертвой преступления. Во-первых, там безлюдно. Во-вторых, есть большая вероятность встретить прохожего с деньгами. Это все, что надо грабителю.

Коллаж: Николай Пекарский ,   ЕТВ
Коллаж: Николай Пекарский, ЕТВ
Фешенебельный район опаснее старых дворов

Данил Сергеев, директор института государственного и международного права УрГЮУ давно занимается криминологией. В отличие от криминалистики, которая изучает следы преступлений и разбирается, как с их помощью обнаружить преступника, криминология изучает саму преступность, личность преступника в целом, а уже исходя из этого знания занимается профилактикой и предотвращением преступлений.

Коллаж: Николай Пекарский ,   ЕТВ
Коллаж: Николай Пекарский, ЕТВ
Карманники променяли маршрутки на торговые центры
Сегодня Данил и его команда из уральских и немецких криминологов запускает в Екатеринбурге беспрецедентный проект «Криминология города». Полгода они будут изучать криминогенную обстановку во дворах ВИЗа, ЖБИ, Вторчермета и других микрорайонов, чтобы в конце дать прямой и открытый ответ — безопасно ли, там, где мы живем.

« Дверь должна быть стеклянной!»

— У нас в корне неверные представления о безопасности. Ставим железные двери на подъезды, строим высокие и глухие заборы и думаем, что это защитит нас от преступника. Но на самом деле безопасная дверь в подъезд должна быть стеклянной, чтобы видеть, кто поджидает входящего внутри. Так никто тебя не подкараулит. То же самое касается заборов. За глухой изгородью крик о помощи не услышат. А преступникам забор не помеха. Они профессионалы и, если захотят, всегда найдут лазейку, — рассуждает один из экспертов проекта «Криминология города» Юлия Радостева, доцент кафедры уголовного права УрГЮУ.

Коллаж: Николай Пекарский
Коллаж: Николай Пекарский
« Теория разбитых окон» для преступника
О том, как связаны преступность и городская застройка, Юля впервые задумалась благодаря американским сериалам, на которые подсела ее мама. Все герои там жили в коттеджах — типичная одноэтажная Америка. Юлия озадачилась и выяснила, что Штаты специально отказались от типовой многоэтажной застройки, потому что считают, что коэффициент преступности прямо пропорционален этажности зданий. Чем больше этажей, тем больше преступлений.
Коллаж: Николай Пекарский ,   ЕТВ
Коллаж: Николай Пекарский, ЕТВ
Прозрачная дверь надежнее железной

— Кроме того, американский коттедж — это почти всегда окна в пол, стеклянные двери и так далее. Все это сделано для обеспечения контроля жителями — любые соседи могут заметить преступное поведение и тут же вызвать полицию. Плюс к этому автопатрулирование. А что происходит у нас?

Застройщики любят отдельные шахты лифтов, отдельные закрытые лестничные пролеты (а между ними еще одна полоса отчуждения), общие балконы. Вот и получается, что лестница у нас — всегда самая потенциально криминогенная территория. Мы не ожидаем там кого-то встретить, ими редко пользуются. Зато такую планировку очень любят бездомные: они дожидаются, пока кто-нибудь откроет дверь, а потом обустраиваются на безлюдных площадках. Там же ночуют и справляют нужду. Их в отличие от жильцов дома это нисколько не напрягает. Тепло, светло и комфортно, — говорит Юлия Радостева.

эксперт проекта   « Криминология города», доцент кафедры уголовного права УрГЮУ
эксперт проекта « Криминология города», доцент кафедры уголовного права УрГЮУ
Юлия Радостева,

Сегодня одной из системных ошибок современных застройщиков криминологи называют офисы и магазины на первых этажах жилых домов, крыши которых как ступень для квартирных грабителей. Также вопреки сложившимся представлениям в закрытых дворах преступления происходят чаще, чем в открытых. На преступное поведение нас толкает и неверная планировка придомовых территорий. Чтобы не спровоцировать межвозрастной конфликт, нужно четко зонировать спортивную и детскую площадки, скамейки для бабушек. Но главная проблема здесь, конечно, — борьба за парковку, которая может закончиться кровной местью и порчей имущества.

« Безопасность — дело соседей!»

— Способов борьбы с ростом преступности уйма. И не все они должны быть затратными. Лондон когда-то потратил на камеры наблюдения бешеные миллионы, но уровень преступности снизился лишь на один процент, что неудивительно. Как мы себя ведем, когда видим камеру на дороге? Снижаем скорость, проезжаем, а потом снова гоним на привычных оборотах. Более того, сегодня вполне легально продаются устройства, предупреждающие о камерах. Все пространство камерами наблюдения не покрыть, и преступник легко вычислит слепые зоны. А есть незатратный вариант — социальный контроль. Если сделать так, чтобы люди почти круглосуточно находились в определенном месте, то проблема решится сама собой. Например, можно поставить несколько магазинов с разным графиком работ, — рассуждает Данил Сергеев.

Коллаж: Николай Пекарский ,   ЕТВ
Коллаж: Николай Пекарский, ЕТВ
Глухой забор опаснее изгороди

Криминологи уверены — безопасность пространства сегодня обусловлена не столько усилиями правоохранительных органов, сколько заинтересованностью самих жителей в комфорте и чистоте.

— Помните, в США, Норвегии и ряде других европейских государств проводился эксперимент, который потом получил название «теория разбитых окон». На улице оставили два абсолютно одинаковых автомобиля. Но у одного были разбиты окна, а второй по всем признакам имел хозяина. Первый автомобиль разобрали буквально за два часа, при этом активность проявляли даже граждане среднего достатка. А второй автомобиль простоял нетронутым две недели, потому что отношение было примерно таким: «У машины есть хозяин, любое посягательство на нее встретит негативную реакцию со стороны окружающих». Главный фактор любого преступления — «глаза на улицу». Ни один преступник не станет действовать на виду, тем более, если возможна негативная реакция и вмешательство, — говорит Юлия.

директор Института государственного и   международного права УрГЮУ
директор Института государственного и международного права УрГЮУ
Данил Сергеев,

Именно поэтому на детских площадках, где постоянно гуляют мамы с детьми, практически не происходит преступлений, зато закрытые веранды вечером часто становятся местом сбора маргинальных компаний, и это одна из распространенных ошибок застройщиков в новых жилкомплексах.

Впрочем, криминологи стараются не сводить все грехи к одной только архитектуре и неправильной планировке, но в каждом преступлении находят взаимосвязь с городом. По их мнению, даже автохам Игорь *ты кому сигналишь, дядя* Новоселов — в каком-то смысле результат ошибок дорожных строителей и организаторов движения: на ровных дорогах меньше поводов для агрессии и никто никого не подрезает.

Коллаж: Николай Пекарский ,   ЕТВ
Коллаж: Николай Пекарский, ЕТВ
Детская площадка безопаснее беседки

— Когда-то моя преподавательница говорила мне о том, что в преступлении сталкиваются совершенно непосторонние люди. Жертва не случайна, как и преступник. Например, кто такой мошенник? Тот, кто любит халяву. А его жертва? Это тот, кто в нее верит. И если у них эти факторы совпадут, при определенных условиях они сойдутся в преступлении. Или красивая теория клеймения. Какие-то неблаговидные поступки индивида повышают шанс того, что в будущем он станет преступником, — рассуждает Юлия Радостева.

Не так опасен Уралмаш, как его малюют

Версию опасных и преступных окраин Екатеринбурга криминологи отметают сразу же, как несостоятельную. Она разбивается о банальные статистические данные, согласно которым в центральных районах города показатели преступности выше.

— Это не значит, что гулять по центральным улицам города опаснее, там речь идет о структуре преступности. Но, гуляя, например, по улице Достоевского на Уралмаше, вы столкнетесь максимум с уличной преступностью, а на Вайнера не только с ней, но и, например, с экономическими преступлениями и многими другими. Горожане традиционно ориентируются на существующие стереотипы, но забывают, что район, отдельно стоящий в этом районе жилой дом и двор могут иметь совершенно разные уровни и показатели опасности. Многое здесь зависит от того, кого мы привлечем на территорию. Это то же самое, почему возле Оперного театра редко встретишь группу воинственных подростков или, например, бомжей. Им там просто не интересно, — говорит Юлия Радостева.

Коллаж: Николай Пекарский ,   ЕТВ
Коллаж: Николай Пекарский, ЕТВ
Козырек магазина на первом этаже — ступенька для грабителя

По ее словам, карманники из душной маршрутки сегодня переместились в торговые центры: большой трафик и рассеянное внимание покупателей — то, что играет на руку преступникам. Тогда как наше подозрительное отношение к Таганскому ряду напротив лишено серьезных оснований. Даже по средним цифрам очевидно, что мигранты ведут себя гораздо осторожнее местных жителей и стараются не спорить с законом, да и ограничителей, внешних и внутренних у них значительно больше.

Коллаж: Николай Пекарский, ЕТВ
Коллаж: Николай Пекарский, ЕТВ
Заброшенные парки и скверы — территория преступления

Если вы хотите, чтобы ваш двор стал объектом для исследования криминологов, можете отправлять свои заявку на редакционную почту ЕТВ: info@ekburg.tv.

Как будет проводиться исследование безопасности дворов в Екатеринбурге?

1. Выявляется площадка;
2. Собирается «географически-исторический материал»: кто живет, к какому социальному классу относится, когда был построен дом, сколько стоит жилье, закрыт двор или открыт, есть ли камеры наблюдения, где они расположены;
3. Составляется криминологический паспорт объекта, выявляется, какие преступления были ранее совершены в этом дворе, количество судимых лиц, проживающих там;
4. Прогностический этап: какое преступление может и не может быть совершено во дворе и почему, выявление и сопоставление маркеров опасности, экспертное интервьюирование.

Поделиться:

Срочные новости, фото и видео событий, очевидцами которых вы стали, сообщайте нам