Окно в деревянный мир прошлого

История свердловских усадеб, приютивших Майю Плисецкую и давших жизнь новой культурной идее Екатеринбурга.

Эти деревянные двухэтажные дома в тихом центре Екатеринбурга видели многое и многих. Совсем скоро они, наверное, исчезнут. Останется только память.

В эпоху советского авангарда в центре Большого Свердловска проектировались многоквартирные дома обобществленного быта с общими кухнями и ванными. Сегодня эти комплексы — Городок Чекистов, дома Гостяжпромурала, дома Горсовета — признанные и любимые горожанами памятники. Однако архитектура 20-х имела еще одно направление: одноквартирные дома — новое прочтение усадьбы. В серии статей «Площадь эволюции» у нас была подробная статья про этот феномен и про поселок «Сокол» в Москве, ставший ее самым масштабным выражением. В первые годы советской власти он застраивался на взносы товарищества по экспериментальным, «опытным» проектам.

А сегодня мы расскажем о свердловском аналоге «Сокола» — домах кооператива «Опытстрой». На фоне возросших любви и интереса к конструктивизму эти деревянные таунхаусы почти 100-летней давности сегодня забыты и заброшены. Здания интересны не только своим уникальным прошлым. В мае пустующие дома «Опытстроя» заняла временная выставка молодых художников, сделав коттеджи на время своеобразным сквотом. Но обо всем по порядку.

Новая история усадеб

«Ссужали трешницей до получки…»

Еще в конце XIX века в квартале вокруг Новотихвинского женского монастыря стали появляться учебные заведения. В 1838 году напротив монастыря было открыто первое в городе епархиальное женское училище. В 1858 году сюда переехало Екатеринбургское духовное училище (ныне старый корпус УРГЭУ-СИНХ). В этом же квартале появился первый екатеринбургский вуз, учрежденный в 1914 году, — Уральский горный институт императора Николая II (ныне Уральский государственный горный университет). После революции в квартале трех уже существующих учебных заведений были размещены еще и рабочий факультет, и школа красных командиров.

В 1920 году все существовавшие на тот момент учебные заведения вошли в состав нового Уральского государственного университета. Университету были переданы часть зданий Новотихвинского монастыря, а также некоторые усадьбы в квартале для размещения факультетов и общежитий. Организационная форма и название университета менялись несколько раз, Горный институт вышел из состава университета, а в 1925 году университет был преобразован в Уральский политехнический институт (УПИ), а в 1931 году физико-математический, химический и геологический факультеты объединились в Свердловский государственный университет.

В 1920 году учебные заведения вошли в состав нового Уральского государственного университета. Вузу отошли часть зданий Новотихвинского монастыря и некоторые усадьбы в квартале — для размещения факультетов и общежитий. Затем горный начал свою жизнь, в 1925 году университет был преобразован в Уральский политехнический институт (УПИ), а в 1931 году физико-математический, химический и геологический факультеты объединились в Свердловский государственный университет.

Уже к середине 1930-х университет переехал на восток — в городок высших технических учебных заведений (или ВТУЗ-городок), где помимо учебных корпусов были спроектированы жилые кварталы для преподавателей и студентов и вся необходимая инфраструктура.

На Генеральном плане 920-х годов видно, что университетский «кластер» рассредоточен в усадьбах старого Екатеринбурга по ул. Троцкого (ныне ул. 8 марта) и в районе бывшего Царского моста — район современных улиц Декабристов и Чапаева

Специалисты нового ВУЗа съезжались со всей страны, собирались среди городской технической интеллигенции. Это были старые кадры, которые привыкли к определенному уровню жизни и комфорта. Одним из способов решения жилищного вопроса для них было участие в кооперативе. Кооператив «Опытрой» существовал в Свердловске с 1925 по 1937 годы. Его участники ежемесячно платили взносы, на эти деньги кооператив строил дома и постепенно должен был обеспечить этим жильем всех участников. Земля под строительство новых домов нашлась неподалеку от старого университетского кампуса. Дореволюционные усадьбы Екатеринбурга подверглись уплотнению, внутри квартала, на месте приусадебных садов, были вымежеваны новые участки для строительства.

В 1927 году дворы усадеб в районе улиц Декабристов — Чапаева — Тверитина — Степана Разина были застроены целым кварталом из шести деревянных домов. Заказчиками строительства и жителями домов стали технические специалисты и преподаватели университета, а также медицинские работники — в усадьбах по современным улицам Чапаева и Розы Люксембург разместились медицинские учреждения и медицинская академия.

bc05e5.jpg
Заброшенный дом «Опытстроя» и снесенная башня

Фото: портал «УралНаш"/ural-n.ru

Изначально предполагалось что каждый двухэтажный дом будет рассчитан на две квартиры. Дома выходили главными фасадами на центральный проезд внутри квартала. У каждого такого таунхауса предполагался палисадник перед домом и небольшой сад позади него. Также по проекту в квартале было несколько общих построек: ледник, станция очистки сточных вод.

Кооператив «Опытстрой» возвел и другие дома, но они были разбросаны в южной части центра города и не образовывали такой общей застройки нигде, кроме этого квартала.

Первоначальная задумка — новый тип городской усадьбы с быстровозводимым, недорогим домом с двумя двухэтажными квартирами и частично обобществленным с соседями хозяйством — просуществовала недолго. Началось уплотнение. Из переписи населения 1932 года мы можем узнать, что квартир стало по четыре в доме: по две на каждом этаже.

В 1937 году вышло постановление «О сохранении жилищного фонда и улучшении жилищного хозяйства в городах», которое отменяло кооперативы и делало их собственность государственной. Государство возвращало пайщикам вложенные ими средства, как бы выкупая их жилье, но инфляция за эти годы была настолько высока, что стоимость вложенных и полученных денег была просто несопоставима.

Следующим этапом уплотнения стал период эвакуации во время Второй мировой войны. Небольшой эпизод, описывающий это время, есть в мемуарах Майи Плисецкой.

В Свердловске мы разместились в квартире инженера Падучева. В тесную трехкомнатную обитель, помимо нас, исполком поселил еще одну семью с Украины. Четыре женщины, четыре поколения. Прабабушка, бабушка, мать и семилетняя дочь. Сам инженер — человек добрый и безответный — с пятью домочадцами остался ютиться в дальней третьей комнате. Так и жили мы: 4×4×6, почти как схема футбольного построения.

Но и это не оказалось пределом. В одно прекрасное утро в Падучевскую квартиру сумели втиснуться еще двое. Родной дядя инженера с десятипудовой женой. Они тоже были из Москвы и тоже эвакуировались «по счастливому случаю». Вы будете сомневаться, но жили мы мирно, подсобляли друг другу, занимали места в километровых очередях, ссужали кирпичиком хлеба в долг или трешницей до получки…

(отрывок из автобиографической книги «Я, Майя Плесецкая»)

От цветения до баррикад

«Это воплощение идеи города-сада»

После войны квартиры постепенно расселялись. За время своего коммунального использования эти дома были неоднократно перестроены — появились новые лестницы на второй этаж, веранды и балконы утеплили и превратили в жилые комнаты. В 60-х в квартале «Опытстроя» был сделан капитальный ремонт. Фасады были утеплены и заново отделаны, дома вновь обрели общий архитектурный облик.

«Этот квартал попал в поле моего зрения в 2009 году. Я просто гуляла в этом районе и совершенно случайно зашла внутрь квартала и, можно сказать, увидела райский сад в центре города. Чудесные цветущие сады, дети играющие в игры, качели и карусели. Самое первое ощущение этого места — дети свободно гуляющие в центре города, огромные деревья, доброжелательное отношение между соседями», — рассказывает Марина Сахарова, градостроитель и защитник городских пространств.


На фотографиях, которые предоставила Марина, — дома и сады кооператива «Опытстрой». У каждого дома — палисадник, за каждым домом разбит сад.

«Потом, — продолжает Марина Сахарова, — я познакомилась с Людмилой Ивановной Токмениновой, рассказала ей об этом уголке Екатеринбурга. Оказалось, что она его обнаружила и в 2013 году даже проводила исследование этого района: было составлено описание квартала.

20 июня 2013 года движение Реальная история“ подало документы для поставки на охрану всего района Царского моста как достопримечательного места, включая квартал Опытстроя“. Мы собирали документы для этой заявки, в том числе кадастровый план. На этом плане у каждого дома был свой отдельный участок. Но потом каким-то образом все эти участки были объединены в один, без ведома жильцов.

Зимой 2015 года в квартал внезапно приехала строительная техника. Рабочие начали сносить хозяйственные постройки, при том, что все дома на тот момент были жилые. Это было 23 февраля, когда никакие органы охраны не работают. Жители буквально держали оборону, живой цепью стояли на пути техники. Движение Реальная история“ старалось помочь: мы вызывали дежурного полицейского, было установлено, что снос незаконен, техника уехала». Но… как только полицейские уезжали — техника возвращалась.

Тогда жители отстояли свои дома, и застройщик сменил тактику, начав разговаривать с жильцами, предлагая им съехать на разных условиях. Дома стали постепенно пустеть. Но некоторые не хотели уезжать до последнего. Одна семья, например, восстановила полностью свою половину дома, вернувшись к первоначальной идее проекта. «С любовью относились», — отмечает Марина Сахарова. Но и эти люди выехали в ноябре прошлого года.

Район очень важен для города. Во-первых, с архитектурной и градостроительной точки зрения ничего подобного просто нет. Это совершенно потрясающее сочетание — старые усадьбы Екатеринбурга и новая ступень их развития: кооперативные дома вписаны прямо в приусадебные участки. Это воплощение идеи города-сада.

Если говорить с точки зрения исторической, это дома профессорско-преподавательского состава университета. Здесь жили люди, создавшие высшее образование нашего города. Самое потрясающее, что современные жителей этих домов были потомками тех, кто их когда-то строил — преподавателей и инженеров, врачей и архитекторов.


Жильцы «Опытстроя»

Архитектор Александр Борисович Горшков — один из авторов главного здания УПИ, «Дома крестьянина» (современного здания Детской филармонии) — по сути первого клуба, открытого в Свердловске.

Митинг в честь открытия «Дома крестьянина» в Свердловске
Митинг в честь открытия «Дома крестьянина» в Свердловске

Николай Березовский до революции участвовал в экспедиции в Среднюю Азию в качестве рисовальщика, изучал буддийскую архитектуру. После стал автором первоначального проекта буддийского храма «Дацан» в Санкт-Петербурге. После революции переехал на Урал.
image16.jpg
Николай Матвеевич Березовский

В Свердловске делал генеральные планы промышленных предприятий цветной металлургии, машиностроительных заводов. Преподавал в университете.


Алексей Подсосов, медик. Как военный врач изъездил Россию от Санкт-Петербурга до Порт-Артура и Харбина. После сдачи Порт-Артура оказался в Японии и, чтобы вернутся домой, совершил морское путешествие вокруг всей Азии — через Индийский океан в Средиземное и Черное моря. После Гражданской войны работал главным врачом железной дороги и активно участвовал в восстановлении и развитии медицинской инфраструктуры города, особое внимание уделяя педиатрии.


image11.jpg
Алексей Викторович Подсосов

Автор художественных произведений, повестей, пьес, фантастических рассказов («Атом», «Новый Гольфстим»).

Территория свободы

«Идея — никакой цензуры»

О том, что происходило в домах «Опытстроя» в мае 2018 года, нам рассказали организаторы «Выставки в бараках». Около месяца назад молодые и дерзкие художники решили «засквотить» один из домов, обжить это пространство. Проект получил народное название «Выставка в бараках». Внезапно инициатива обрела огромную популярность у горожан — площадка работала с начала мая до «Ночи музеев», здесь проводились концерты, дискуссии, поэтические чтения.
image22.jpg

Киселяша, соавтор проекта:

— Идея была в том, чтобы найти площадку вне институций — свободную, где каждый может высказаться, как хочет. И никакой цензуры. Изначально мы планировали сделать полностью андеграундную выставку — не хотели ее нигде афишировать. Думали просто пригласить своих друзей и знакомых. Даже группу «ВКонтакте» мы создали постфактум. Изначально выставка была идеей одного человека, но затем «обросла» соратниками. В итоге… Мы — просто группа художников, которая объединилась ради новой площадки.


Самый длинный этап рождения выставки — это поиски самого места. Мы не успевали: находили классный объект, а его сносили. Когда мы, наконец, нашли площадку, понадобилось четыре дня, чтобы ее обжить. Сначала работали не торопясь, но потом — с утра до вечера. Звали на помощь всех друзей. Нам помогали местные жители. Это очень приятно — крутая атмосфера взаимопомощи, когда стираются границы эго, и все работают сообща. Даже с полицейскими удалось очень дружески общаться: мы сказали, что делаем выставку, и они поняли — ничего плохого не замышляется.

Идея свободы была основной. У большинства ребят в работах раскрывается тема свободы — взаимоотношения государства и человека, тема внутренней свободы, отношения к богу и судьбе.

Я с соавторами делала инсталляцию на втором этаже. Там была детская комната, остатки детских рисунков на обоях. Поэтому мы взяли тему детства. В этой теме тоже есть много вопросов связанных со свободой — например, бунт ребенка против родителей. На открытие приходили бывшие хозяева дома. Их квартира, как раз, стала пристанищем для нашей работы. Мы сначала боялись, что это их расстроит. Но они классно восприняли нашу идею: ходили, стримили все в Instagram, восторженно кричали. В общем, им понравилось.

Неожиданным и приятным сюрпризом оказался такой интерес горожан. В основном, все были в восторге. Только несколько человек довольно агрессивно высказывали свое недовольство, говорили, что это — позор и ужас, и нужно сжечь здесь все к чертовой матери.

Сейчас у нас возникла идея искать сооружения подобного плана, здания, которые расселены, и делать в них что-то подобное. Может быть организовывать выставки на природе или в других локациях. В летнее время мы будем организовывать это, как минимум один проект еще от нас можно ждать.

Мы постараемся максимально использовать эту площадку, пока она не будет снесена. Может быть, что-то организуем в день сноса. Вопрос в том, насколько он легитимный и осмысленный. Ведь, если сносить, — значит, что-то строить. Не хотелось, чтобы появился жилой дом, где будут пустовать квартиры, или офисный центр с незанятыми офисами. А если эти здания сохранить, можно открыть целый культурный кластер — здесь шесть зданий. И они не аварийные.

На данный момент выставка разобрана. В квартале «Опытстроя» остается жилым еще один дом. Была предотвращена попытка поджога.

Фотографии в тексте: pixabay.com, Александр Козлов, проект «Екатеринбург Наизнанку», Марина Сахарова, общественное движение «Реальная История».


Сортировка-88. Взрыв, перекроивший город
Городские истории
Сортировка-88. Взрыв, перекроивший город
Детонация вагонов с гексогеном стала катастрофой, затраты на ликвидацию которой сопоставимы с постройкой метро от «Проспекта Космонавтов» до «Чкаловской».
ЕКАТЕРИНА ВОЛКОВА. «Нельзя идти по трупам»
Главные новости Екатеринбурга
Главные новости Екатеринбурга 19.10.2018
Главные новости Екатеринбурга 19.10.2018
От Ирины Шутько
Хроники свердловского ОМОНа
Городские истории
Хроники свердловского ОМОНа
В день 30-летия Отряда мобильного особого назначения вспоминаем, чем это подразделение запомнилось жителям Екатеринбурга и его окрестностей.