Брошенные заводы Урала. Рассыпающаяся фабрика Благодати

Три кирпичных трубы возвышаются у подножья железной горы. А посреди развалин могучих зданий стоит могильный крест. Так встречает визитеров кушвинская аглофабрика, точнее то, что от нее осталось.
История Кушвы связана с горой Благодать так же неразрывно, как яйцо с курицей — не будь одного, не появилось бы и второе. Все началось в 1735 году, когда здесь нашли металлическую руду. Не только под горой но и в самой горе (на тот момент безымянной). Прибывший по такому случаю в сей неблизкий край (около 200 километров от Екатеринбурга) Василий Татищев возрадовался этому необыкновенно. И металл, который к его визиту успели изготовить из здешней руды, тоже оценил. Как результат — гору нарекли Благодатью. А место сие — Кушвинским заводом.

Шли годы, росли цеха металлургических заводов и сопутствующих производств. Рядом с ними — домишки рабочего люда. Ширился и углублялся карьер. Уменьшалась гора Благодать — ее расхабаривали во имя железной руды. Но подробно мы об этом рассказывать не будем, потому что наша история начинается позже — в двацатые годы ХХ века.
fabrika.jpg

1923 год. На дворе весна и строительство коммунизма. Отгремела Гражданская война, буржуи упразднены как класс, все заводы и фабрики принадлежат государству, а Кушва еще числится заводом (статус города она получит через три года). И тут в «Уралпромбюро» приходит письмо из Швеции. В нем инженер Эйнар Стрем сообщает, что еще в 1917 году заключил договор на постройку в Горноблагодатском округе агломерационной фабрики. И половину денег уже получил и часть оборудования закупил. Честный швед Стрем то ли не знал о тех пертурбациях, что случились в России за минувшие годы, то ли решил, что это не повод прикарманить уплаченный аванс, о котором в нашей стране благополучно забыли. И выражал желание закончить работу.

И начались заграничные турне — советские специалисты катались в Европу принимать оборудование и решения о сотрудничестве. Из Швеции в уральские земли ехали иностранные инженеры — контролировать монтаж оборудования и строительство фабрики. И вот в 1928 году в Кушве заработала аглофабрика — первая во всем Советском Союзе.

Агломерация — это процесс, когда железная руда нагревается, но не плавится. Разогретые куски руды слипаются между собой, образуя более крупные куски, которые предпочтительнее для изготовления чугуна. Этот метод был случайно открыт британскими учеными в ХIХ веке, а на Руси до эпохи коммунизма не применялся совершенно. И потому Кушвинская фабрика была первой и долгое время единственной в своем роде. Здесь занимались не только производственными, но и научно-исследовательскими вопросами в части металлургии.

Но священным в эпоху коммунизма для фабрики и других объектов кушвинской металлургии стал его величество План. За ним гнались, его выполняли и перевыполняли, за успехи в его реализации вешали на доску почета, за провал можно было вылететь с работы, а то и сесть. Особенно важно было выполнять план во время Великой Отечественной. В военные годы завод профиль работы не менял — поставлял сырье для металлургии. Фронт пережевывал боевые машины, и чтобы прокормить его, нужны были многие тонны металла.

Разогнавшись во время войны, кушвинская металлургия и дальше неслась вперед, обгоняя план. Своей рекорд она поставила в 1983 году — шесть миллионов тонн руды и два миллиона тонн агломерата (за это спасибо описываемой нами фабрике). Но за пиком наступил резкий и стремительный спад — к передовикам планового производства на цыпочках подкрались перестройка и последующий крах СССР.

1.jpg

Крах Союза неудачно совпал для кушвинских рудокопов и железноделов с истощением имеющихся разработок на горе Благодать. Добыча руды становилась все дороже, а содержание металла в ней — все меньше. Да и оборудование устарело и жаждало замены, на которую в лихие девяностые ни у кого денег не нашлось. Аглофабрика вместе с другими металлургическими заводами стала путешествовать от владельца к владельцу.

Сначала отошла Нижнетагильскому металлургическому комбинату, затем кушвинцы оттуда выделелись в акционерное общество «Никомруда». А потом стандартный набор — задержки зарплат, процедура банкротства, обиженные работяги прут с фабрики все, что можно вытащить и продать или применить в хозяйстве. От всего металлургического многообразия в Кушве осталась только шахта «Южная», где добывают руду. Аглофабрика и другие бывшие мастодонты пали перед звериным оскалом капитализма.

В отличие от многих других уральских предприятий, чьи здания годами стоят после фактической кончины, кушвинское решили сносить. За дело взялись тщательно — с тяжелой техникой и взрывчаткой. А вот о безопасности заботились куда меньше. При проведении взрывных работ одного из рабочих насмерть завалило кусками бывшей фабрики. Насмерть. Теперь посреди скелета бывшего промышленного гиганта стоит рукотворный металлический крест — видимо как памятник погибшему рабочему. А заодно и уникальной некогда фабрике.

После трагедии демонтаж остановили. Останки зданий понемногу рассыпаются сами. Лучше всего сохранились три высокие кирпичные трубы — грустно и торжественно возвышающиеся над этим местом.

Фото с воздуха: Владислав Волков для ЕТВ
Фото с земли: Евгений Лобанов, ЕТВ
Брошенные заводы Урала. Центр торфа и войн с пластиковыми пулями
Городские истории
Брошенные заводы Урала. Центр торфа и войн с пластиковыми пулями
ЕТВ завершает первый сезон техно-исторического сериала. Финальная серия посвящена предприятию, рассыпающемуся на окраине Екатеринбурга.
Андрей Звягинцев. Про «Оскар», цензуру и Шнура
МИХАИЛ ЗЫГАРЬ. Экс-главред канала «Дождь»
Брошенные заводы Урала. Мешочно-пшеничный делец и его предприятия
Брошенные заводы Урала. Мешочно-пшеничный делец и его предприятия
Разные промышленники жили на Урале — не только могущественные и сиятельные, как Демидовы, но и хитрые проныры. Об одной такой династии жуликоватых деляг и их заброшенном наследии — очередной материал нашего сериала