Условный ад. «Ваше звено погибло!»

ЕТВ под руководством профессионала пытается понять, что чувствует человек в горящем здании.
После трагедии в Кемерово тема пожарной безопасности не утихает по всей России. Комиссии и проверки, учебные эвакуации и прочие профилактические мероприятия. А некоторые горячие головы в интернете кричат о том, что панацеей могут быть дыхательные аппараты — такие, как используют пожарные. Мол, будь под рукой у простых обывателей в «Зимней вишне» такие агрегаты, они бы и сами спаслись и людей из пожара вывели. Чтобы наглядно проиллюстрировать работу пожарных в задымленном здании и проверить готовность обывателей к променаду в дыму, бывший уральский спасатель Анатолий Долговых пригласил несколько журналистов, в том числе корреспондента ЕТВ, поучаствовать в небольшой тренировке.
Главный враг человека на пожаре не огонь, а дым — он душит человека, заставляет его терять сознание и быстро умереть от отравления продуктами горения. А еще он ослепляет, дезориентирует, не дает выбраться из пожара. Чтобы мы смогли ощутить некоторые «прелести» работы на пожаре, нам приготовили следующее упражнение.

Дано: задымленный этаж некоего здания. Надо: зайти, найти выживших и спасти их. Настоящий дым пускать не стали — заменили бумагой, которой плотно заклеили стекло маски воздушного аппарата.

Теперь мы ничего не видим — так же как и пожарный из звена газодымозащиты (ГДЗС), который входит в горящее здание на поиск пострадавших. За спиной баллон дыхательного аппарата, впереди — темный этаж и условные пострадавшие, число которых нам не известно. На их поиск у нас 20 минут — примерно столько сможет дышать обычный обыватель, если он активно двигается [для тренированного профи это значение составляет 35-40 минут]. Надели маски, баллоны — пошли.

Поначалу все кажется не очень сложным. Да, остался без зрения, но по лестнице, опираясь на стену, вполне можно двигаться. Одну руку на стену, вторую вперед. На нужный этаж поднимаемся довольно быстро. Но, оказавшись в просторном коридоре, понимаем — двигаться вслепую непросто. Чтобы не потерять ориентировку, шагаем вдоль стены. Но просто идти вперед недостаточно, надо искать пострадавших — ощупывать окружающую со всех сторон пустоту. Ползем вперед, часто останавливаемся, нагибаемся, поводим руками. А в голове тикает секундомер. Этаж нам достался небольшой — 400 или 500 метров, коридоры прямые. В обычной ситуации на его осмотр и двух минут не надо.

Но ощупывание этих метров занимает куда больше времени, а потерявшему зрение мозгу и вовсе кажется, что прошли часы. Шаг, еще шаг… Руки гладят стену, натыкаются на дверную ручку. Рывок. Нет, закрыто. Идем дальше. Черт, споткнулся! Что там под ногами? Для человека жестковато, опять идем. Дверь, на этот раз открытая. Комната, мебели больше, чем в коридоре. Скорость продвижения падает почти до нуля — здесь масса мебели и других предметов, которые на ощупь надо отличить от пострадавшего. Кстати, а вот и он. Не тяжелый, кстати, — около 80 килограммов. Надо его спасти.

119a8639.jpg

Вот теперь все становится интереснее — приходится тащить человека в темноте. Желательно, не нанести ему дополнительные травмы. И самому не хочется спотыкаться и падать. Нетяжелый в начале пути пострадавший будто свинцом наливается. В спине, уже напрягшейся от наклонов в коридоре, начинает ощутимо стрелять. Чертова маска ремнями впивается в лицо и шею, как инопланетный паразит из фильма «Чужой». И это мы еще не вышли из комнаты обратно в коридор. А часы тикают, нам надо еще дойти до лестницы и спуститься вниз. Чертов баллон — весит немного, но за все цепляется и мешает двигаться.

Коридор. Тут полегче. Блин, где стена.

Двигаюсь спиной вперед, тащу пострадавшего. Окрик напарницы — здесь еще один. И мы делаем то, чего делать в экстренной ситуации точно не стоит — впадаем в замешательство. Вытаскивать первого, а потом возвращаться за вторым? Или обоих разом? Стоп, а откуда он вообще здесь? Если мы заходили здесь и не споткнулись — его не было? А, может быть, мы, выходя из комнаты, не туда свернули? Стоим. Разговариваем. Теряем время и кислород. Но лестница рядом, она нашлась. Решаем тащить обоих и разом. Волоком. Того, что потяжелее, тяну я. По лестнице. Вслепую. Спиной вперед. Очень не быстро — самому не хочется затылком на ступени улететь, и пострадавшего о них бить не желательно.

Нижний этаж. Можно снять маски и немного отдохнуть. Вытащили двоих, но это, скорее, везение — мы шли чуть ли не в полный рост, ощупывая минимум окружающего пространства. Может и дальше повезет? Маски на лица, возвращаемся в условный огонь. Торопимся. У нас меньше десяти минут, а осмотрели мы менее половины.

Наклоняемся реже. Поиск ведем, скорее, на удачу — на тщательное исследование пространства времени мало, да и организм уже ноет, не желая опять скрючиваться. Коридор. Двери. Стол какой-то. Черт, чуть не упал… Проем справа. Блин, чуть кубарем не покатились — вторая лестница вниз нашлась. Остается пять минут. Мало. Ладно, попробуем. Коридор изгибается направо, хлам какой-то, мебель, стены. Три минуты. Черт, конец коридора — двери закрыты. Где ж ты, пострадавший? Времени меньше минуты — пора валить на выход. Где тут вторая лестница? До первой, по которой сюда входили, точно не добраться уже. 15 секунд. Да где эта лестница, чтоб ей?! «Время!» слышим мы голос Анатолия. «Ваше звено погибло!»
Спасти себя и других

Видео: ЕТВ

Такие результаты тренировки. Мы вдвоем погибли в условном пожаре, из которого вытащили двоих условных пострадавших — скорее, за счет везения, чем благодаря нашим навыкам. А ведь условия были очень упрощенные по сравнению с реальным пожаром: нас всего лишь лишили зрения и добавили немножко дискомфорта. Мы шли не в пожарных боевках [тяжелые костюмчики, в которых и на свежем воздухе пропотеешь запросто, не то что в огне]. Нам не надо было надевать шлемы, тащить за собой пожарный рукав и другие инструменты борьбы с огнем. В помещении с комнатной температурой нас не лизали языки пламени. На нас не капал расплавленный пластик, и выгоревший пол не проваливался под ногами. Разрушенные конструкции не преграждали нам путь и не падали на наши головы.

Найденные пострадавшие были паиньками — тихо и мирно покоились в наших объятиях. Не орали от боли, причиненной ожогами или переломами. Не метались в панике, не рвались обратно в пожар на спасение оставшихся близких.

И само помещение досталось небольшое, классической постройки с прямыми коридорами и комнатами стандартной планировки. В общем, самый простой сценарий пожара даже рядом не лежавший с кромешным адом, творившимся в «Зимней вишне»…

Тем не менее мы условно погибли даже в этом простом пожаре.
119a8881.jpg

Может я недостаточно проворен? Во второй попытке мое место занимает другой человек: боец одного из силовых подразделений, к физической подготовке которого — никаких вопросов. К тому же перед нашим мероприятием он изучил теоретическую часть. И взял на вооружение методику американских пожарных. Они с напарницей не идут — ползут в зону условного пожара на коленях. Это позволяет тщательней проверять окружающее пространство, прощупывая каждый метр. Но замедляет продвижение. А еще это довольно больно. За отведенные 20 минут боец с напарницей также находят и вытаскивают двух пострадавших, правда, и сами успевают выйти. В итоге, ни первое, ни второе наше звено не спасло всех.

Подготовленное звено ГДЗС, действующее четко и слажено, проверило бы наш объект за несколько минут — нам не хватало и 20. По словам Анатолия, пожарные, первые прибывшие к горящей «Зимней вишне», сделали все что смогли — скорее всего, их было всего несколько человек на огромное здание. И они могли лишь провести его разведку и вытащить тех, кто оказался рядом с их зоной поиска. Для подробного осмотра здания требовалось куда больше времени и людей.

Что касается помощи простых людей, выводивших пострадавших из пожара… Анатолий и его коллеги-профессионалы отмечают один важный момент. Единицы спасли кого-то на пожаре. Но десятки неподготовленных людей, из лучших побуждений ринувшихся в огонь, дополнили собой сухие и страшные цифры погибших. Для человека, не имеющего специальной подготовки и оборудования, не действующего в составе тренированного подразделения есть старый, но не теряющий актуальности алгоритм действий при пожаре:
  • вызвать пожарных;
  • помочь находящимся рядом;
  • сообщить спасателям максимум точной информации о людях, оставшихся в горящем здании, планировке и особенности помещений.

Если после этого человек решит войти в зону пожара, пытаясь спасти других людей, — это рулетка. Возможно, ему повезет и он, действительно, кого-то вытащит. Но вероятнее всего, станет еще одним пострадавшим, которого профессионалам придется выносить из огня. И дыхательные аппараты тут совсем не панацея.

Коллаж — Николай Пекарский, ЕТВ.

История одного бада-бума. Как взлетает на воздух уральский лед
Городские истории
История одного бада-бума. Как взлетает на воздух уральский лед
С опозданием дошедшая до Свердловской области весна принесла в регион противопаводковые хлопоты. Пока одни забивают закрома пивом, другие запасаются сотнями килограммов взрывчатки.
Андрей Звягинцев. Про «Оскар», цензуру и Шнура
МИХАИЛ ЗЫГАРЬ. Экс-главред канала «Дождь»
Под Первоуральском на старушках отработали эвакуацию детского лагеря
Под Первоуральском на старушках отработали эвакуацию детского лагеря
Спасатели проверили, насколько защищены от пожара будущие места массового отдыха маленьких уральцев.