Екатеринбург-1917. Зерна междоусобицы

При революции жизнь города поделилась на день, когда было относительно спокойно, и ночь – время разборок между солдатскими группировками.

Газеты столетней давности — замечательные рассказчики. Ведь тогда (как и сейчас) пресса писала о том, что интересно, актуально, что на слуху. Поэтому, взяв в свидетели «Уральскую жизнь» и «Зауральский край», можно понять, каким был город революционной осенью 1917-го, когда к власти пришли большевики.

Судя по газетным заметкам, после Великой Октябрьской революции (а тогда пресса, без стеснения, называла это событие «бунтом большевиков») жизнь в Екатеринбурге кардинально не изменилась. То есть, никакой диктатуры с расстрелами неугодных сразу и вдруг не насупило. Большевики только начали пробовать власть на вкус и совсем не походили, скажем, на талибов сегодняшнего дня. Быт горожан остался практически прежним: выходили газеты, работали магазины и кафе, открывались детские сады и реальные училища. Гражданское общество еще не разделилось на красных и белых.

А вот среди офицеров и солдат расквартированных в Екатеринбурге полков уже вызревали зерна Гражданской войны. И даже начали пробиваться первые ростки будущей междоусобицы.

Военные делили город

Агитация 1917 года перед выборами в Учредительное собрание
Агитация 1917 года перед выборами в Учредительное собрание

Фото: ЕТВ

В газете «Зауральский край» опубликовали резолюцию офицеров 149 полка:

«Мы протестуем против вооруженного восстания большевиков. Насильственный захват власти вооруженной силой есть посягательство на волю народа, которую он должен был свободно выявить через три недели на Всенародном Учредительном Собрании.

При создавшемся положении, когда все сделано для уничтожения доверия и авторитета к нам, офицерам, когда солдаты вооруженными отрядами без ведома начальников выходят неизвестно куда, мы считаем своим долгом поставить в известность население Екатеринбурга, что нести ответственность за могущие быть последствия от вызовов вооруженных частей полка мы не можем, и вся ответственность за них падает на виновников.

Долой узурпаторов, гасителей свободы, предателей страны и губителей революции. Долой большевиков, идущих вместе с темными силами — черносотенцами, провокаторами и охранниками!»

В 1917 офицеры сняли с себя ответственность за «беспредел» солдат
В 1917 офицеры сняли с себя ответственность за «беспредел» солдат

Фото: 1723.ru

Вскоре идейный конфликт между теми военными, которые считали большевиков узурпаторами, и теми, кто выбрал красный цвет, перешел от газетных публикаций к реальным перестрелкам. Правда, пока эти стычки походили, скорее, на бандитские разборки и не затрагивали гражданское население, которое предпочитало не замечать, что происходит. Екатеринбург конца октября-начала ноября словно разделился на две половины. Днем было относительно спокойно, зато ночью…

Вот что писали в газете «Зауральский край» в одной из заметок: «Ночью произошло нападение на часового, стоявшего на посту у полкового цейхгауза [военной кладовой — прим. ЕТВ] 126 пех. зап. полка (по Главному проспекту). Двумя штатскими лицами, незаметно приблизившимися к воротам помещения цейхгауза была неожиданно открыта через чугунную решетку ворот стрельба по часовому. Одной из пуль на часовом были пробиты тулуп и шинель между ног, ниже колена.

На сбежавшую тревогу сбежался караул от Верх-Исетского продовольственного склада. Виновные были задержаны и переданы в часть. При обыске по документам задержанные оказались красногвардейцами 5 района города Екатеринбурга».
А вот заметка в газете «Уральская жизнь»: «Около 1 часа ночи постовой милиционер на углу Главного и Вознесенского пр-ов услышал выстрел, раздавшийся около Кирхи. Подбежавший на выстрел милиционер наткнулся на лежащего без движения солдата, который вскоре умер.

Выстрел, судя по опаленной шинели, произведен из револьвера, приставленного вплотную. При осмотре одежды убитого при нем оказалось все, начиная с денег, в целости. Предполагалось, что в данном случае имело место самоубийство. Однако револьвера — ни около трупа, ни поблизости — не оказалось. Возможно, дело происходило таким образом: убитый солдат с целью грабежа мог напасть на кого-нибудь из прохожих, тот в солдата выстрелил и, видя, что последний упал, поспешно скрылся».
Красногвардейцы Екатеринбурга
Красногвардейцы Екатеринбурга

Фото: архив МИЕ.

Впрочем, были случаи, когда конфликты при помощи оружия решали не ночью, а днем.

В газете «Зауральский край» писали: «Днем при отправлении п. № 22 со ст. Шайтанка“ совершено вооруженное нападение ехавшими в поезде двумя солдатами на красногвардейца, который, защищаясь, одного солдата выстрелом из револьвера убил, другого — ранил».

Спиртовая река Мельковка

С расстояния в сотню лет сложно принять, что падение Временного правительства не стало для жителей Екатеринбурга новостью номер один. Однако это так. Обо всем, что происходило в Москве и Петрограде, уральцы узнавали благодаря телеграммам. Но к сообщениям этим относились с изрядной долей скепсиса. Их публиковали с обязательной припиской: «Редакция не принимает на себя ответственность перед читателями за достоверность помещаемых в газете телеграмм».
К новостям из столицы относились с недоверием
К новостям из столицы относились с недоверием

Фото: ЕТВ

Одним из самых, надо сказать, обсуждаемых событий начала ноября в Екатеринбурге столетней давности стала акция по уничтожению спирта на городском винзаводе, который располагался на Шарташской дороге, там, где сейчас ЖК «Бажовский». Опасаясь того, что вольные (революция же!) пролетарии возьмут склады винзавода штурмом, перепьются и устроят дебош, представители Совета рабочих и солдатских депутатов решили весь имеющийся спирт вылить в речку Мельковку, что впадала в Городской пруд. В итоге акция закончилась повальным пьянством. В газете «Уральская жизнь» об этом подробно писали:
«Предварительно были вытащены бочки со спиртом из подвала, после чего около 12 часов ночи начался выпуск спирта по трубе в Ятесовский прудок и оттуда по реке Мельковке в городской пруд. Моментально по всей окружности разнесся запах спирта, по р. Мельковке спирт проходил широкой струей.


К чести красногвардейцев первая смена, состоящая из рабочих ж. д. мастерских устояли перед искушением и в 4 часа утра не имели в своей среде ни одного пьяного.

Вторая смена красногвардейцев, занявшая посты с 4 утра, поступила иначе и почти вся перепилась.

Когда уже сама операция выпуска спирта окончилась, об этом узнали широкие слои населения, и с утра к месту выпуска начала стекаться публика с ведрами, баклагами, флягами и пр.

Вечером некоторые сумели найти укромные уголки, и чуть не на глазах у всех шла открытая торговля добытым. Целый день в ближайших к винному складу местах можно было видеть пьяных».

Новость про Городской пруд, вода в котором превратилась в водку, журналисты «Уральского края» смаковали несколько номеров. А закончили курьезной заметкой о предприимчивом работяге: «Один из водовозов успел на пруду начерпать полную бочку выпущенного винным складом спирта, конечно, уже очень сильно разбавленного водой. С начерпанной бочкой водовоз отправился в развоз по городу и за 50 копеек давал пить из бочки, кто сколько мог».

Власть спряталась

Интересно, что власть в Екатеринбурге в революционном октябре–ноябре фактически принадлежала Совету рабочих и солдатских депутатов. И держалась на оружии. Однако эти люди хоть и издавали декреты, но не спешили разгонять городскую управу, которая на словах до сих пор подчинилась Временному правительству. Тому самому, которое 7 ноября эффектно подвинули большевики. Эта неразбериха дезориентировала горожан.
Горожане недоумевали, где же власть?
Горожане недоумевали, где же власть?

Фот: ЕТВ

Ощущение, что в городе нет власти, а значит, порядка, было всеобщим. И, как отмечали журналисты 1917-го, провоцировало вспышки насилия, которого практически перестали стесняться. Стали, например, популярны самосуды над ворами.

В газете «Уральская жизнь» об этом писали с тревогой: «За последнее время почти ежедневно на ст. Екатеринбург 1-й, главным образом в помещениях 3 и 4 классов происходят самосуды толпы над задерживаемыми ворами багажа и карманниками. Железнодорожной милицией принимаются все меры к недопущению самосудов, но зачастую милиция бывает не в силах справиться с толпой, и в таких случаях пойманный вор платится жизнью».
Впрочем, чаще случалось, что пойманного вора не убивали, а подвергали всеобщему унижению. Одну из подобных сцен описал журналист «Уральской жизни»: «По улице с барабанным боем толпа солдат одного из местных полков водила проворовавшегося каптенармуса. Вор еще довольно молодой, увешанный краденными вещами и побитый, производил на публику угнетающее впечатление. Собравшиеся около шествия кучки солдат все время выражали желание расправиться с проворовавшимся самосудом, что, как видно, сильно нервировало подвергнутого публичному осмеянию вора. Однако более хладнокровная часть солдат, окружившая вора, не давала расправиться с ним самосудом».
При слабой власти, когда у многих солдат (вернувшихся в город с Первой мировой войны или еще не отправленных на фронт) было при себе огнестрельной оружие, в Екатеринбурге участились вооруженные грабежи.
«Около 8 часов вечера в китайскую чайную, находящуюся на Арсеньевском переулке в д. 27 ворвались двое солдат, из которых один произвел в потолок выстрел из револьвера, а второй скомандовал сидеть всем не двигаясь. Затем грабители, сняв с вешалки шубу, стоящую 850 рублей, скрылись», — писал корреспондент газеты «Уральская жизнь».

Или вот еще заметка: «На проходившего по Тарасовской набережной члена общества потребителей Карабашского завода напали двое грабителей и отобрали у него 1 520 рублей. Один из грабителей был в штатском, другой — в солдатской форме. Грабители были вооружены».
Нельзя сказать, что екатеринбургская милиция в октябре–ноябре 1917 года не следила за порядком. Милиционеры старались по мере сил ловить преступников. Однако, если нарушителем закона оказывался красногвардеец, который заявлял, что он боролся с контрреволюцией, то наказать его было сложно.
Красногврадейцы любили выпить, а потом размахивать оружием
Красногврадейцы любили выпить, а потом размахивать оружием

Фото: ЕТВ

В состоянии полуанархии, когда еще можно было критиковать большевиков-узурпаторов, Екатеринбург просуществовал до января 1918 года. То есть, до разгона Учредительного собрания, которое созвали, чтобы определить, какой быть власти в России. А зимой и весной 1918-го начались аресты и расстрелы, а затем и Гражданская война. Только тогда демократически настроенные екатеринбуржцы распрощались с иллюзиями о том, что еще можно без крови и оружия, путем выборов и голосования исправить жизнь к лучшему.
Екатеринбург–2017
Екатеринбург-1917. Красная юность нового мира
Городские истории
Екатеринбург-1917. Красная юность нового мира
Взяв власть на Урале, большевики запретили свободный оборот оружия, национализировали банки и основали Народный Университет.
Журналист Владимир Гридин о носках, как чувстве стиля
Вика Цыганова: о музыке, мехах и красоте
Екатеринбург-1917. От мировой до гражданской — без остановки
Городские истории
Екатеринбург-1917. От мировой до гражданской — без остановки
Как сто лет назад горожане ждали мира с Германией и помогали попавшим в плен русским солдатам через английских купцов.