Брошенные заводы Урала. Мешочно-пшеничный делец и его предприятия

Брошенные заводы Урала. Мешочно-пшеничный делец и его предприятия

Разные промышленники жили на Урале — не только могущественные и сиятельные, как Демидовы, но и хитрые проныры. Об одной такой династии жуликоватых деляг и их заброшенном наследии — очередной материал нашего сериала

Речка Исеть, протекающая через Екатеринбург, довольно протяженная — придя в городскую черту с Запада, она течет на Восток еще многие километры. И со стародавних времен на ее берегах стоят множественные деревни, а русло во многих местах перекрывают дамбы — силу течения Исети часто и охотно использовали в работе заводских механизмов.


Брошенные заводы Урала. Мешочно-пшеничный делец и его предприятия

Жил да был в ХIХ веке купец, делец и деловой молодец Савва Жиряков. Работал он в деревне Черноусово сторожем на тамошней мельнице. Но однажды ему надоела должность секьюрити, и он умотал в казахские степи, прихватив по пути деньги своего нанимателя. В степях он промышлял перепродажей скота и прокачивал навыки торговца. И однажды прислал своему бывшему боссу письмецо с предложением: «отдам уворованное, если отдашь мне в жены дочку». Видимо у черноусовского мельника совсем было плохо с зятьями, потому что он согласился. На приданное Савва построил мельницу в соседнем селе Колюткино и занялся вместе с супругой производством наследников, коих оставил миру в числе трех штук. Дальнейшая история покажет: яблоки от яблоньки далеко не упали.

Савва честно и бескорыстно любил деньги и добывал их самыми разными видами коммерции — от разного рода торговли до сдачи недвижимости в аренду. Торговля мукой для него была вспомогательным бизнесом — он предпочитал торговать салом и мясом, но доходы от этих бизнесов стали снижаться, и Савва подбирал себе дополнительные источники прибыли. А потом Савва умер, оставив после себя некоторые активы в бизнесе и трех сыновей наследников. Дальше как в русской сказке — два сынули особо не просияли, зато третий — Василий — оказался прирожденным дельцом.

Брошенные заводы Урала. Мешочно-пшеничный делец и его предприятия

Учуяв, с какой стороны пахнет деньгами, он переориентировал наследственный бизнес на производство муки. И завертелись жернова. Колюткинскую мельницу он модернизировал и стал получать только с нее три тысячи пудов муки ежедневно. Объемы производства радовали, но вскоре Василий, от натуры жадноватый, как и многие торгаши, призадумался. Чтобы вывозить на ярмарки такую прорву зерна требовалось очень много мешков, которые делали в центральной России, а при доставке на Урал становились они довольно дорогими. Дело в том, что сырье для мешков спокойно произрастало и на уральских просторах. Иногда выходило так, что сырец сперва собирался где-то неподалеку от Екатеринбурга, потом ехал в другие регионы, откуда возвращался в виде мешков, изрядно прибавив в цене. «Да что это мы, мешков тут не пошьем? Чай не камзол и не пальто», — подумал Василий. И в 1889 году построил в селе Колюткино первую на Урале мешочную фабрику. Двухэтажное здание рядом с речкой. Местные говорят, что тут еще и подземный ход был к воде от фабрики, хотя не поясняют, зачем он нужен.

Небольшое предприятие не только обеспечило мешками мукомольный бизнес Жирякова, но и позволило Василию продавать мешки другим купцам. Поскольку в торговле мешками он оказался уральским монополистом, то начал подумывать о том, чтобы расширить производство. А тут как раз подвернулось оборудование по дешевке — знакомый купец переоснащал свою фабрику с ткацкой на хлопчатобумажную. У него-то Василий и закупил станки б/у. Но тут случился конфликт с колюткинскими обитателями, не желавшими видеть у себя в селе большую фабрику. Тогда и пошел Василий в соседнюю деревню Черноусово, где очень удачно сгорела мельница, освободив место под будущую фабрику. Местным уважаемым людям Жиряков проставился бочкой водки, и появилась в Черноусово довольно крупная фабрика, которая проработает еще больше века.

+20
25 фотографий

Участь же колюткинской мануфактуры куда скромнее. Со временем небольшое двухэтажное здание превратилось в обычное зернохранилище, в этом качестве строение встретило встретило победу революции и коммунизма и даже крушение СССР.

К 2000-м годам мануфактура стала обычным бомжатником. Пару лет тому назад неизвестные предприниматели пытались что-то возродить на базе колюткинской фабрики, даже стали возводить основательную ограду. Но до конца дело не довели. Судя по деревянным загонам внутри, здесь пытались разводить каких-то животных. Но сейчас тут плодятся только мыши — даже бомжи оставили помещения бывшей мешочной мануфактуры.

Брошенные заводы Урала. Мешочно-пшеничный делец и его предприятия

Фабрика в Черноусово стала для семьи Жиряковых весьма несчастливым местом. То ли карма у нее плохая, то ли жадность владельцев подвела… Дело в том, что строили ее в режиме жуткой экономии — у Жиряковых на момент стройки с деньгами было не очень, да и жаба душила. Купленное оборудование местами было изношено процентов на 75, здания делались не из кирпича, а из камня, причем без раствора, во многих цехах не было отопления. Фабрика была построена у реки, так что в период половодья вода радостно струилась по полам рабочих помещений, что отнюдь не способствовало продуктивной работе и долговечности оборудования.

Изношенные станки стали ломаться. Пришлось нанимать больше трудяг для постоянного ремонта, а это опять расходы. Жиряковы пытались сэкономить где можно — даже чугунные детали кое-где заменяли деревянными. Это не прибавило живучести и без того изношенным механизмам. В довесок к бедам появились конкуренты: купцы Макаровы открыли в Екатеринбурге льнопрядильно-ткацкую фабрику. Она была куда меньше жиряковской, но имела современное аглицкое оборудование и грозила Василию и его семейству нешуточной борьбой, к которой фабрика в селе Черноусово была решительно не готова. В 1900 году она принесла семейству Жиряковых убытка на 23 тысячи рублей. Василий призадумался…

На Руси в ту пору уже имелись страховые компании. Клиентом одной из них и был пожилой к тому моменту Василий Жиряков. В течение 15 лет он страховал там свои мельницы и фабрики. Черноусовская мануфактура была застрахована на 367,7 тысячи рублей. Однажды в екатеринбургский филиал этой компании пришел старик Василий и начал просить увеличить страховую сумму на случай пожара еще на 80 тысяч. Ему, дескать, сны покоя не дают — видится старику, что все крысы его фабрику покинули, а это — верная примета пожара. Страховщики ухмыльнулись и просьбу выполнили. Василий тоже ухмыльнулся — теперь его ветхая фабрика в случае возгорания стоила почти 450 тысяч рублей или приблизительно 576 000 000 современных денег. Дело за спичками…

Брошенные заводы Урала. Мешочно-пшеничный делец и его предприятия
Старая заводская труба, кажется, помнит Жиряковых

Сжигать фамильное средство взялся Сергей Жиряков, сын Василия. Он подкупил пару рабочих фабрики и принялся за организацию диверсии. Общими усилиями в помещении фабрики «случайно» оказались бочки с нефтью и керосином. А потом кто-то «случайно» обронил горящую тряпку. Но местные труженики, явно не чувствовавшие желания сгорать на работе, махом потушили пожар. Для второй попытки коррумпированный начальством рабочий Ефим протер деревянные потолки и балки все тем же керосином — дескать, начальство так велело с сыростью бороться. А ночью здание запалили и сделали вид, что оно все как-то само….

Надо ли говорить, что после этой трагедии к страховщикам нагрянул очень печальный Василий Жиряков и потребовал свою выплату. Полученные деньги он быстро вложил в дело, и все было бы шито-крыто… Но тут пролетарий-пироман Ефим всех спалил. Он имел пристрастие к огненной воде, а под ее влиянием — свойство чесать языком, громко повествуя собутыльникам о своих подвигах. Например, о том, как они с Сережкой Жиряковым сожгли фабрику и нагрели глупых страховщиков.

Эти пьяные повести дошли до полицейских. Они взяли Ефима в оборот, и тот на первом же допросе сдал своих нанимателей. Потом был суд с кучей взяток и массой странностей. По его итогу главный организатор пламенного мероприятия Василий Жиряков вышел сухим из воды — всю вину взял на себя его сын Сергей. Он и два подельника отправились в тюрьмы и арестантские роты. Что интересно, возмещать ущерб страховщикам должно было не семейство Жиряковых, а один из исполнителей, у которого таких денег, естественно, не было.

Брошенные заводы Урала. Мешочно-пшеничный делец и его предприятия
Территория завода выглядит так, будто люди ушли отсюда очень давно

Таким образом, Василий лишился одного из сыновей, но сохранил фабрику. Он-таки обновил ее и с чувством выполненного долга помер в 1911 году, оставив предприятие свободным от уголовного наказания сыновьям. Те благополучно дожили вместе с мануфактурой до Первой мировой войны и неплохо поживились на армейских заказах, производя брезент. Но потом пришел 1917 год. Учитывая, что все Жиряковы были прижимисты в вопросах оплаты труда и создания рабочим хоть каких-то условий, не удивительно, что еще до объявления национализации буржуйских предприятий местный пролетариат захватил на фабрике власть. Еще 19 октября по новому стилю, то есть за пару недель до выстрела «Авроры», штурма Зимнего дворца и перехода власти к большевикам. Опередили время, так сказать.

Жиряковы пробовали возмущаться, даже в местные газеты написали что-то о незаконном захвате. Но настал уже 1918 год, начались массовые расстрелы не успевших сбежать буржуев, и потомственные дельцы поспешили потеряться в неизвестности. На том и кончается история их рода, но не черноусовской фабрики.

Брошенные заводы Урала. Мешочно-пшеничный делец и его предприятия

О дальнейшей истории мануфактуры в Черноусово известно довольно мало. В советское время она пережила несколько модернизаций и стала канатной фабрикой. Работала тихо и мирно, как и многие советские мероприятия. Засветилась в архивах НКВД с историей в духе триллера.

Двое разнополых рабочих черноусовской фабрики решили в 1944 году разнообразить свое меню. Самые тяжкие годы войны позади, у семьи только один ребенок, коровка, огород… Паек рабочих — по тогдашним временам да по деревенским меркам просто объедаловка сплошная. Но вот мать семейства начинает приторговывать холодцом. А откуда мяско? Чекисты взяли обоих пролетариев и после допросов выяснили, что нямку доставал глава семейства, копая по ночам могилы на кладбище и срезая плоть с трупов. Дома из этой добычи супруга готовила кушанья, которые парочка ела сама, давала своему шестилетнему ребенку, а недоеденное относила на базар. Как чекисты покарали парочку трупоедов — неизвестно, во избежание смуты в Черноусово жителям объявили, что арестованные воровали кур.

Брошенные заводы Урала. Мешочно-пшеничный делец и его предприятия
Некоторые склады фабрики все еще полны
В отличие от многих промышленных предприятий, черноусовская фабрика сумела довольно быстро сменить профориентацию после развала СССР. Мешки и канаты — не актуально? Зато из каждого телевизора реклама прокладок, подгузников и туалетной бумаги. Этим фабрика и занялась. В 2006 году было зарегистрировано ООО «Фабрика чистоты», налажено производство, белеют новые стеклопакеты, все вроде идет неплохо. Но примерно в 2011–2012 годы, по словам местных жителей, производство сошло на нет. Каковы причины — точно неизвестно, но поговаривают, что не смогли черноусовские подгузники конкурировать с привозными памперсами. Так что производство понемногу встало. В селе надеялись, что фабрика восстановится — вроде бы не все оборудование еще оттуда вывезли, территорию сторож с собакой караулит.

Но недавно перестал существовать мост, соединявший Черноусово с тем берегом, на котором стоит фабрика. До мануфактуры еще можно доехать окружным путем, но делать это лучше на чем-то полноприводном и высоком. И трудно уже представить, что эти многострадальные цеха опять оживут.

+27
32 фотографии
Поделиться:

Срочные новости, фото и видео событий, очевидцами которых вы стали, сообщайте нам