Свердчеловек. Как я жила в племени охотников за головами

В свои 25 Надежда Попова посетила 25 стран мира, путешествовала по военной Сирии, провела три дня в племени охотников за головами, а между делом закончила магистратуру.

На прошлой неделе магистрантка УрФУ с историческим образованием Надежда Попова защитила диссертацию и теперь стоит перед выбором — поступать в аспирантуру или снова отправиться в путь. Ее ждут на Шри-Ланке в дайв-центре, где обещают выучить на инструктора, а в Екатеринбурге девушку держит не менее любимое дело. Она изучает религиозные организации и группы, которые в народе по ошибке считают
сектами, а темой ее диссертации были Свидетели Иеговы.


Работа путешественницей

Еще в детстве, когда у меня спрашивали, кем я хочу стать, я отвечала — путешественницей. Надо мной смеялись, говорили, что это дорого, невозможно, что я буду учительницей. Мне не хотелось в это верить. Так что когда я поступила в университет в Екатеринбурге, взяла и поехала путешествовать автостопом. Это был 2008 год. Первые два года каталась по России, потом начала ездить по загранице. Потом поступила в магистратуру, и возможности долго разъезжать уже не было. За это время в Екатеринбурге многие загорелись путешествиями. Люди писали мне с просьбами рассказать нюансы, но мне однотипное общение быстро надоело — я нашла единомышленников, и мы создали Клуб свободных путешественников. Он работает бесплатно, существует уже полтора года, мы еженедельно собираемся, делимся опытом, и в Екатеринбурге уже сложилась тусовка людей, которые пришли к нам, не умея ничего, а сейчас самостоятельно путешествуют повсюду. И мне приятно, что я тоже приняла в этом участие.

Успеть в Пальмиру

Фото: Надежда Попова
Фото: Надежда Попова
Радушный сирийский прием
В основном я езжу по Азии — мой первый одиночный маршрут в 2013 году лежал через Шри-Ланку, Малайзию, Сингапур и Индонезию. В Европу меня не особо тянет — была там два раза и то по мере необходимости. Из самых нестандартных в обычном понимании маршрутов у меня был Ближний Восток в 2011 году. Тогда в Сирии как раз началась война, но умелых путешественников это не останавливало. Мы хотели добраться до Храма Гроба Господня в Иерусалиме и заодно посмотреть на Сирию, пока ее не разрушили окончательно. Во время нашего приезда война шла в двух городах, которые мы обошли стороной. После нас еще несколько человек проехали удачно, а один до сих пор где-то в плену сидит. Но он сам виноват — полез через границу, когда она уже была закрыта.

Люди везде были приветливые, а у нас была интересная вписка в городе Ракха, где сейчас, к сожалению, центр «Исламского государства» [экстремистская группировка, запрещенная на территории РФ. — прим. ред.]. В полдень мы сели отдохнуть под оливой рядом с частным домом, подъехал мужчина на мотоцикле и предложил войти. В доме жила большая семья, они нас угощали, возили купаться на Евфрат и отпустили только через пару дней. Мы также заезжали в Пальмиру, которая сейчас разрушена, заезжали в крепость Крак-де-Шевалье, у которой взорвали одну из башен. Успели посмотреть страну в прекрасном состоянии. Что сейчас с нашими гостеприимными хозяевами? Мы просто не знаем.

В гостях у охотников на людей

Фото: Надежда Попова
Фото: Надежда Попова
Предки улыбчивых даяков считались взрослыми, когда приносили домой голову врага
За границей вписаться к кому-то легче, чем в России — у нас люди пуганые, боятся всего на свете. Там проще относятся к жизни, к собственности, во многих странах с традиционным укладом мыслят так — Бог дал, Бог взял. Путешественникам можно ночевать в церквях, монастырях, мечетях, можно просто вписаться у незнакомых людей.

У меня был интересный случай в Таиланде — я ждала китайскую визу, и у меня образовалась целая неделя свободного времени. Я поехала кататься по северу страны. Остановила машину, где сидели трое монахов и водитель-европеец. Они спросили, куда я еду, я ответила, что в Пай — раньше это была столица хиппи-движения в Азии, там и сейчас соответствующий контингент. Монахи мне говорят: «Не езди туда, там все люди ведут нездоровый образ жизни, поехали лучше с нами по монастырям».

Оказалось, я поймала машину с местным лумпо — аналог буддийского епископа, который опекает всю эту территорию. Нам везде был оказан теплый прием, а ночевала я в буддийской общине — люди живут в домиках на сваях, медитируют, выращивают фрукты. В общем, очень душевно и атмосферно.

Еще у меня была случайная вписка в деревне даяков в Индонезии на острове Калимантан. Даяки известны тем, что еще в начале 20 века они занимались охотой за головами. У мужчин был такой обряд взросления: надо принести голову человека из вражеского племени. Сейчас они с этим уже завязали, но мне все равно было интересно на них посмотреть. Я прожила у даяков три дня, причем попала к ним случайно — познакомилась на пароме с человеком из этой деревни, который пригласил к себе в гости.

В России тяжело то, что люди забыли себя настоящих — как нужно общаться, как правильно себя вести, они пытаются урвать. Все мои дорожные неприятности были только в России. Когда я ездила автостопом, несколько раз натыкалась на странных персонажей: один был похож на Чикатило, другой оказался педофилом, третий предлагал всякие неприличности, а четвертый меня чуть не убил. Это от Тулуна до Балаково. То есть, почти половина России, по которой катаются вот такие люди.

Путешествия дешевле жизни дома

Фото: Надежда Попова
Фото: Надежда Попова
Путешествия намного дешевле, интереснее и доступнее, если ты не покупаешь туры. Работает человек в течение года, видит горящую путевку, тратит на нее накопленные 50 тыс. рублей, отдыхает 10 дней, возвращается обгоревший, с кишечной инфекцией. Впечатлений хватает еще на какое-то время, пока он не накопит денег на очередной подобный трип. У самостоятельного путешественника все более продумано — за 3-4 месяца можно скопить сумму, которой за вычетом расходов на переезды и визу хватит на пропитание на несколько месяцев, если не шиковать. Теоретики путешествий вывели такую формулу — ты тратишь в пути столько же, сколько дома.

Еще есть формула «время-деньги», только здесь обратная пропорция — чем дольше путешествие, тем меньше денег ты на него тратишь в перерасчете на один день. Ты уже знаешь местные особенности: куда заселяться, как торговаться, где еда подешевле. Например, мое юго-восточное путешествие в 2013 году обошлось в 40 тыс. рублей — я ездила больше четырех месяцев. У меня было несколько перелетов, но мне порядка 15 тысяч вернулись обратно в виде одежды, которую мне дарили, еды, которой угощали, бесплатных ночевок, мне и просто так дарили деньги. Последние годы я вообще езжу одна и не считаю, что это скучно. В одиночку всегда есть, о чем поговорить с собой.

Уважение через язык

Фото: Надежда Попова
Фото: Надежда Попова
С уйгурами нашли общий язык на турецком
Местные языки всегда полезно учить, хотя бы потому, что это вежливо — человеку всегда приятно, когда к нему обращаются на родном языке, даже если с ошибками. У меня был смешной случай в Уйгурии, когда я уже через Китай в Россию возвращалась. Мне надо было как-то объясняться, уйгуры кроме своего языка знают только китайский, а я не знаю ни китайского, ни уйгурского. Пришлось говорить с ними по-турецки, поскольку они с уйгурским — родственные языки. Мы друг друга понимали, но они надо мной смеялись, потому что я как-то странно объяснялась.

Везде можно выучить минимальный набор слов и по ходу действия на эту основу нарастут другие выражения. Элементарные слова — здравствуйте, спасибо, спать, кушать, я еду по направлению туда-то, можно выучить. Когда я в первый раз поехала в Турцию, то выписала из разговорника нужные фразы, и когда с попутчиками останавливали на трассе машину, я просто зачитывала транскрипцию.

Статус Вконтакте как маяк для родных

Фото: Надежда Попова
Фото: Надежда Попова
Отец спокойно относится к моим путешествиям, а вот маме я вообще не сразу сказала, что езжу автостопом. Потом просто перед фактом ставила, что уезжаю туда-то, маршрут разработан, есть попутчик. Поскольку мама сама туристка, археолог по профессии, у нее есть жажда к авантюризму, она прекрасно меня понимает, но, тем не менее, побаивается.

У нас так повелось, что раз в несколько дней я захожу в интернет, мама видит мою активность «ВКонтакте» и понимает, что все хорошо. Бывает, что я не могу ответить, потому что трафик ужасный, но то, что я была в сети, это как маячок, что я живая, со мной все хорошо. Больше всего она волнуется, когда я путешествую по России. Как раз когда я ездила к даякам, была интересная история — я прожила у них три дня, до этого еще почти двое суток плыла с острова на остров, потом до деревни ехали сутки, в общей сложности я пять суток не выходила на связь. В деревне с электричеством и интернетом напряженка, поэтому я сказала человеку, в чьем доме жила, что мне пора ехать, а то потеряют. В итоге я приехала в город, вышла в интернет, а там ни одного сообщения — никто не опомнился даже.

« В планах — получить корочку дайв-мастера»

Из всех мест, где я побывала, меня влечет Шри-Ланка. Там я прошлым летом вписывалась в дайв-центре. Попала туда случайно: просто шла с палаткой по берегу в поисках места для ночлега, увидела молодого человека, спросила у него, можно ли поставить здесь палатку, а он пригласил переночевать в этот центр. Погостила у них один день, а потом осталась — еще и работать начала. Договорились до того, что я вернусь в определенное время и буду обучаться на дайв-мастера. Возможно, это случится, но вряд ли — если я поступлю в аспирантуру, то придется остаться здесь.
Фото: Надежда Попова
Фото: Надежда Попова
Поделиться:

Срочные новости, фото и видео событий, очевидцами которых вы стали, сообщайте нам