На ощупь по стене. ЕТВ изучает невидимый Екатеринбург

11:00, 12 Октябрь 2015
etv_slepaya_progulka8258111.jpg
Фото: Александр Евгеньевич для ЕТВ
Отключив зрение, репортер ЕТВ отправляется на прогулку в поисках новых граней городской среды. Какие невидимые штрихи в портрете Екатеринбурга удалось услышать, потрогать и понюхать, узнаете из нашего репортажа вслепую.
Солнце плавно режет мои глаза — снимать повязку невыносимо больно. В этот момент даже не могу представить, что увижу вокруг себя. Этакое неприятное перемещение между мирами. Открываю левый глаз — вижу столы, деревья. Правый — забор, мамаш с колясками. Потом передо мной оказался Олег, который всего этого не видит и без повязки.
etv_slepaya_progulka8120.jpg
Потрогать город за стену

У колледжа Ползунова меня уже ждет проводник в мире тьмы — Олег Колпащиков, глава проекта «Белая трость». Он слепой. «Если будешь падать, то ноги прижимай к попе»,  — наставляет Олег, доставая из кармана черно-оранжевую повязку.

— Ого, как непривычно! - Я погружаюсь в темноту и делаю в ней первые шаги. Кажется, что в этот момент люди разбегаются от нас в стороны.
— Ну, , а тебе не все ли равно? Ты ведь их не видишь, вот и они тебя не видят. Держись за плечо.
etv_slepaya_progulka8112.jpg
Кладу руку на плечи Олега, попутно хватаясь за все, что угодно, лишь бы оно гарантировало безопасность.

Пробираюсь сквозь шумное механическое месиво, первые минуты борясь с ощущением того, что на каждом шагу меня подстерегают огромные ямы.

Фото:  Александр Евгеньевич для ЕТВ
Олег подводит меня к колледжу, берет мою руку и кладет ее на стену: «Ну, как тебе город на ощупь?». 

Пальцами провожу по шершавой поверхности, ладонь западает в небольшую гладкую прорезь, а затем снова становится шершаво.

— Можешь и окно потрогать,  — перекладывает Олег мою руку на оконную раму. — Мне нравится трогать дома. Жаль, что другие этого удовольствия не знают.
Стена — первый ориентир в моем сумрачном путешествии.
Стена — первый ориентир в моем сумрачном путешествии.

Фото: Александр Евгеньевич для ЕТВ

Отталкиваясь от нее, пытаюсь набросать новую карту города. Слева — колледж, справа — автомобильный поток, который как быстротечная река очертил границу тротуара. Становится удобней. Теперь стал различать голоса горожан: «Вообще обалдеть!» — выкрикнула писклявая дамочка. «Да-да, завтра увольняюсь»,  — пессимистично сообщает мужчина. 

Еще несколько шагов, и трость ударяется о металл. Привычно протягиваю руку. На ощупь знакомая цилиндрическая форма, но странно, что его покрытие бумажное — видимо светофор, обклеенный объявлениями. В лицо ударяет ветер.

— Вот, чувствуешь, как посвежело, — реагирует Олег. — Это мы на 8 Марта вышли.
etv_slepaya_progulka8140.jpg

— А как вы еще определили, что это 8 Марта?

— Сзади нас трамваи звенят — значит, это Ленина, а тут слышно только машины, да и люди поутихли.

Фото: Александр Евгеньевич для ЕТВ
На мою новую карту наносятся снимки улицы, которую видел десять минут назад, но определить себя в них не удается.

— А для вас какие постоянные ориентиры в городе, вот как север на компасе?  
— Машины на дорогах, трамвайные ветки, колокола на церквях, я когда их слышу, то ориентироваться становится в разы проще.

Чуть позже я пойму, что остановки легко определить по грубому рычанию автобусных моторов и скоплению людей, в адрес которых приходится сыпать извинениями.

— Простите,  — задевает кого-то тростью Олег.
— Ой, извините,  — наступаю кому-то на ногу я.
etv_slepaya_progulka8193.jpg
Чудеса подземелья

Екатеринбургский метрополитен встречает нас дверным резиновым скрипом и мимолетным запахом перегара.

— Раз ступенька, два ступенька,  — считалочка Олега расплывается в фойе гулким эхом. Люди едва слышно проносятся мимо, и лишь изредка из общего потока выделяются девушки на каблуках. Без падений спускаемся до конца лестницы. Ветер доносит до нас характерный запах метро и указывает на вход в подземку. 

— Теперь нам нужны кассы, а они, как обычно, находятся справа,  — ориентирует Олег.
— Да, они рядом — слышу звон монет!  
— Простите, тут касса?  — Олег задает вопрос в пустоту.
— Чуть левее пройдите,  — отвечает пустота.
etv_slepaya_progulka8192.jpg
Ощупываю все подряд: стальные двери, гладкие и округлые каменные выступы
Фото: Александр Евгеньевич для ЕТВ
Мой проводник достает кошелек:

— Скажите, это какая купюра?
— Это десять,  — говорит кассирша.
— А это?
— Это сто.
— Тогда мне четыре. И, пожалуйста, жетоны отдельно от сдачи.

Турникеты определить просто: бряцающие жетоны, клацающие поручни, и вдали слышен приглушенный гул эскалатора. Стою рядом с турникетами и не могу определиться — в какой именно нужно закинуть жетон. Олег определяет это первым:  

— Вот, сюда бросай!  — хватает он мою руку и подносит к гладкой пластиковой щели.

Турникет со звоном проглатывает жетон. 
etv_slepaya_progulka8200.jpg
Вспоминая свой единственный турникетный «укус», подхожу вплотную к этому чудищу.

Миллиметровой поступью просачиваюсь сквозь узкий коридор подземного стражника. Он безразлично молчит — значит, медная жертва дошла по назначению.

Фото: Александр Евгеньевич для ЕТВ
С эскалатором разбираемся быстрее, но не без адреналинового выброса: приходится протянуть в гудящую неизвестность носок ботинка и ждать, когда его подхватит нечто. Пока эскалатор все глубже уносит нас под землю, воздух меняется в составе: делается сырым, вязким и каким-то мертвым. Ветер сигналит, что мы почти у платформы. С эскалатора схожу рефлекторно. 

Мы стоим над пропастью, то есть у края платформы. Она обнесена тонкой линией рельефного покрытия, которое при соприкосновении с тростью звучит тихо — не самый лучший способ предупредить слепого.

— Посмотри наверх. Что, думаешь, над нами?  
— Вы опять шутите, Олег?  
— Почему, серьезно. Интуиция подсказывает, что над нами розово-серые тона. Всегда интересно, что там, над нами.
— Обязательно посмотрю, но позже.

Гул подходящего поезда разносится по всей станции. Я дезориентирован и начинаю паниковать, ведь вагоны могут промчаться в считанных сантиметрах. Поезд останавливается, и Олег хлестко ударяет по нему тростью. Капризно пшикнув, вагон открывает двери. 

Олег быстро заходит в вагон, но в этот момент моей руки на его плече не оказалось, поэтому я ищу вход самостоятельно. Руки ощущают стекло, следом за ним окрашенный металл. Уже звучит: «Осторожно, двери закрываются», а я все еще вожу руками по вагону. Внезапно левая рука проваливается внутрь вагона, и я широко шагаю за ней.

Фото: Александр Евгеньевич для ЕТВ

— Влад, вот поручень, нашел?
— Да, держусь!

— «Следующая станция — Геологическая».
etv_slepaya_progulka8423.jpg
Кофе, выпитый вслепую

Оказаться в потоке людей намного приятнее, когда ты слеп. Первый плюс — ты их не видишь. Второй — люди всегда помогут тебе. 

— Удивительная особенность города, — говорит Олег на выходе из станции. — Многие люди тебе готовы помочь, многие отзываются, даже если ты сам о помощи не просишь! Ты как бы из одних рук переходишь в другие.

Бренчащий трамвай подсказывает, что мы вышли со стороны цирка. Наша следующая цель — ароматная чашка кофе в кафе неподалеку.

Теперь трость держу я, а рука Олега покоится на моем плече. Широким кругом провожу тростью по дорожной плитке, палка ударяется о забор, который не дает нам выйти на проезжую часть.
etv_slepaya_progulka8286.jpg

— Какой цвет горит? - кричим мы. 

— Да красный еще.

Фото: Александр Евгеньевич для ЕТВ
Вежливый прохожий подсказывает нам, что загорелся зеленый. Так мы оказываемся посередине Куйбышева, возле трамвайной ветки, которую определяем по восьми рельсам. Последний же рельс сигнализирует, что пора остановиться и спросить, какой свет впереди. Красный — отвечают нам. 

В ожидании слышим из машины ритмичную музыку. Олег начинает отбивать ритм пальцами на моем плече.

— Слышишь, пора танцевать! Когда музыка в машинах играет, то мы танцуем.
— Прямо так, посередине улицы?  
— Конечно. Ведь зачем-то же она играет.
etv_slepaya_progulka8293.jpg
Фото: Александр Евгеньевич для ЕТВ
Мы заходим в парк, тишина которого осложняет нам ориентацию. Чтобы выпить по чашечке кофе, мы идем на запах еды: базилика, петрушки и жареной курицы. Тростью настукиваем выступ шатра, там же стоят скамейки. Я распускаю руки, чтобы освоиться в непривычном для меня месте: приятный рельеф плетеной скамьи, стеклянный стол, скатерть.

Фото: Александр Евгеньевич для ЕТВ

Официантка доброжелательно, но с опаской в голосе, принимает заказ, и через пять минут передо мной стоит округлая, причудливой формы чашка ароматного капучино с корицей. Сахар, а именно с ним я привык пить кофе, стоит отдельно.

После, глядя на фото, раскрываю секрет вкусного кофе — сахар просыпался мимо чашки.
Комментарии
Мини-Мы. Как защититься от агрессии особых детей
Городские истории
Мини-Мы. Как защититься от агрессии особых детей
Подросток с психическими отклонениями калечит собственную мать, кто виноват — врачи, сами родители или диагноз? Кто отвечает за поведение особых детей в обществе, разбирался ЕТВ.
ЗЖЛ. Филиппинский Ройзман и убийственный миф о нарковойнах Манилы
События
ЗЖЛ. Филиппинский Ройзман и убийственный миф о нарковойнах Манилы
Эскадроны смерти и тысячи убитых — вот что пишут о ситуации в Маниле крупные международные издания. Где кончается правда и начинается зловещая городская легенда? Рассказывает корреспондент ЕТВ в сериале «Записки Жени Лобанова».
Наш гонец в Донецк. Свердловчанка о своих донбасских каникулах
События
Наш гонец в Донецк. Свердловчанка о своих донбасских каникулах
Залитые в бетон банкоматы, компостеры в трамваях и ухоженные набережные: жительница Екатеринбурга рассказывает о новогодних каникулах, которые она провела в столице ДНР.
Площадь эволюции. Типовые сталинки типичного Свердловска
Городские истории
Площадь эволюции. Типовые сталинки типичного Свердловска
Типовые сталинки, притаившиеся за Управлением дороги, — кусочек тихого центра, хранящего историю Свердловска. Когда-то здесь разводили кур и кроликов прямо в квартирах, нынешние жильцы готовятся к борьбе за существование своих домов.
Черви козыри. Как уральцы попали на фейкбук
События
Черви козыри. Как уральцы попали на фейкбук
Друг отметил вас на видео? Возможно, это не долгожданное признание, а симптом вирусной эпидемии, которая разразилась в популярной соцсети. Уральские гении IT рассказывают, как избавиться от заразы и не лишиться кредитки.
Король Лев. Поэт Рубинштейн о публике и пабликах
Городские истории
Король Лев. Поэт Рубинштейн о публике и пабликах
Молодые поэты обретают популярность за несколько постов в «Фейсбуке», а уже известные — используют свои страницы как дневники. Как изменилась поэзия в эпоху соцсетей, рассказал концептуалист Лев Рубинштейн, который приехал в Екатеринбург.
ЗЖЛ. Манила — надежда веселых трущоб
События
ЗЖЛ. Манила — надежда веселых трущоб
Это очень необычный город — бедный, но щедрый, жестокий, но веселый. Чтобы понять Манилу, надо в ней жить. В сериале «Записки Жени Лобанова» корреспондент ЕТВ рассказывает, как столица Филиппин ломает шаблоны и вправляет мозги.
Модная классика: изучаем гардероб священнослужителей
Городские истории
Модная классика: изучаем гардероб священнослужителей
В облачении служителей храмов не случайны каждая деталь и даже цвет — в зависимости от праздника фелонь (риза) священника может быть красной, зеленой, белой или желтой. В тонкостях церковных одеяний мы разбирались с двумя героями.
Естория. Редакция ЕТВ открывает свои тайны
Городские истории
Естория. Редакция ЕТВ открывает свои тайны
В работе журналистов многое остается за кадром. Сегодня мы откроем широкому читателю то, что берегли для своих мемуаров! Селфи с медведем и греча для Коляды, ограбление Куклачева и ходячие мертвецы в морге — в откровениях сотрудников ЕТВ.