Крым. В поисках крымских болгар. Путешествие Златы Торгушиной

15:50, 22 Апрель 2014
perron_zlata.jpg
Использование фотографий и любых частей текста без письменного разрешения автора и гиперссылки на ЕТВ запрещено!
Я не знаю, зачем мне это было нужно, но я точно знаю, что нужно. В моем сознании был некий незавершенный гештальт, мне необходимо было его закрыть. Собираясь в Крым, мы были уверены, что обязательно туда поедем, но не были уверены, сохранилось ли что-нибудь. Мы побывали в двух селах, где жили мои предки — крымские болгары, и откуда их в 1944 году депортировали на Урал.
undefined

Село Кишлав — одна из первых старейших и крупнейших колоний болгар в Крыму. Там родились мои дедушка и бабушка, там издревле жили мои предки с того момента, как бежали в Крым от зверствующих в Болгарии турков.
undefined

Софиевка — там мои дедушка и бабушка поженились, построили дом, родили детей, и оттуда их депортировали на Урал. Мы нашли русских, их соседей, очевидцев тех трагических событий, они помнят болгар, в том числе и моих родственников. Мы нашли старую школу, могилы предков и старые болгарские дома — и дом моей бабушки. Мы привезли землю из родной деревни на могилку бабушке с дедушкой и прабабушке и арбуз из их огорода. Мы познакомились с теми, кто сейчас живет в этих домах. И да, я завершила свой гештальт.
undefined

Кишлав — старейшая болгарская колония в Крыму. Когда-то это было огромное поселение, где большинство жителей были крымские болгары. В селе была своя церковь и школа. После того, как в 1944 году всех болгар оттуда выселили, село переименовали в Курское, потому что туда приехали переселенцы из Курской области. Однако жители до сих пор помнят старое название и совершенно не удивляются, когда их село называют именно Кишлавом. Село расположено в живописной долине — здесь не голая степь, где гуляют ветра и палит солнце. Здесь красиво растут деревья, вокруг холмы.
В селе сохранилось много старых болгарских домов. Их в общей «толпе» можно легко отличить — по голубым окнам и черепичной крыше. В них до сих пор живут люди. Этим домам больше 100 лет.
undefined

Моя бабушка умела писать и читать. Писала она, правда, с ошибками, но это, я считаю, простительно: ведь окончила она всего 3 класса церковной школы. И вот, как оказалось, школа, в которую она и мой дедушка ходили, все еще стоит! Правда, в ней уже никто не учится, сейчас в селе новая школа. А старая стоит закрытая, с выбитыми стеклами, но она нас дождалась!
undefined

Вот как сейчас представляю, как моя бабулечка, еще маленькая девочка бежит по этим каменным ступенькам в класс. …Болгары вообще-то охотно отдавали своих детей в учение. Единственно, учителям приходилось приспосабливаться к тому, что когда начинались всякие полевые работы, дети помогали родителям и школу посещали крайне нерегулярно. Сначала детей крымских болгар хотели учить на их родном языке, но родители возмутились и потребовали учить их писать и читать на русском — ведь живут-то они в России (В то время Крым-то был российской территорией). Так что говорила моя бабушка на болгарском, а писала и читала — по-русски, но с болгарским акцентом: многие русские слова она писала так, как произносили их болгары, меняя некоторые буквы.
undefined

А там внутри, кажется, старые голландские печи сохранились.
Возле школы стоит высокое дерево — то ли дикая слива, то ли алыча и рядом кизил. Наверное, когда моя бабушка бегала девочкой в школу, это дерево тоже росло там, и они срывали его плоды и ели. И мы тоже натрясли себе сочных и сладких желтых плодов — как привет из прошлого.
undefined

Этот дедушка русский. Он помнит, как в Кишлав приехали переселенцы. Рассказывает, что эти люди особо полученное имущество и дома не берегли: как только в Крыму похолодало, стали ломать веранды на дрова. А то и вовсе получали от государства ссуду на переселение и под покровом ночи сматывались обратно, к себе на прежнее место жительства. Крым этим людям был, в общем-то не нужен, и полученные дома — тоже. Этот Крым был нужен только болгарам, но их желаний как-то никто не учел.
undefined

Вот, кстати, эта знаменитая столетняя черепица, которой покрыты крыши болгарских домов до сих пор. Никто из тех, кто сейчас живет в этих домах, черепицу ту не снимает и не заменяет шифером. Потому что она служит до сих пор.
undefined

Вот так ее клали: сначала ряд желобком вниз-краями вверх, затем желобком вверх — краями вниз. Идеальная кладка, и крыша протекать не будет.
Раньше в Кишлаве была церковь и кладбище при ней. Постепенно церковь разрушалась, во время войны ее тоже зацепило и восстанавливать ее не стали, сровняли с землей. На ее месте построили новую школу. А старое болгарское кладбище закатали под школьный стадион. Сейчас по старым болгарским захоронениям дети гоняют в мяч. Остатки расколотых надгробных плит жители заботливо собрали вот в такие кучки на новом кладбище. Говорят, потом соберут воедино и как бы памятник такой сделают, чтоб потомки знали, что село их строили болгары.
undefined

Разобрав груду осколков, я с удивлением обнаружила эту надпись. По всей вероятности, здесь похоронен «Константин Албантов». Кто он — мне не известно, но то, что это родственник, — точно. Со стороны дедушки в роду были Албантовы. Там была еще плита с фамилией Загорковых — тоже родственники со стороны дедушки. И одна — Атамановы — сохранилась целая и невредимая, большая, толстая — родня со стороны бабушки. Из состоятельных болгар они были, потому плита большая и толстая, потому, видимо и сохранилась. Там на этом кладбище прадед был похоронен, но найти осколки с его фамилией мне не удалось.
undefined

Сельчане поставили такой вот скромный памятник жертвам депортации.
undefined

А этот болгарский домик разрушается. Но пока еще можно видеть особенности архитектуры: снаружи веранда, входная дверь в дом с обеих сторон с вертикальными окошками, чтобы в прихожей было не темно. Внутри, как правило, две комнаты и окошки-окошки — чтобы в доме было светло.
undefined

Мы сняли несколько штук старой черепицы и привезли с собой. Теперь мучительно думаем — как бы ее в декоративных целях в хозяйстве приспособить.
undefined

Печь.
undefined

Довольно-таки просторная для того времени комната. Потолки болгары делали низкими, двери тоже, так что, заходя в дом, приходилось кланяться.
undefined

А это одинокое дерево на некогда приусадебном участке разрушенного дома. Это плодовое дерево, но оно уже давно не плодоносит. Стоит себе просто одиноко и ничего уже не ждет.
undefined

Девушка, чьи бабушка и дедушка приехали в Кишлав в качестве переселенцев, рассказывала, что ее дед вспоминал: они въезжали в практически пустое село. Было жутко. По улицам ходили голодные верблюды, которые, увидев людей, бежали к ним за едой. Но переселенцы отродясь не видели таких диковинных животных и с испуга стали в них стрелять. Они вырубали томаты, потому что не знали, что это такое и как их растить. Вырубали виноградники. Крым и все, что им там досталось, было для них чужим, непонятным и, самое главное — ненужным.
undefined

Это практически все, что осталось от некогда живой и процветающей болгарской деревушки Софиевки. Вернее так: эта фотография — наглядная иллюстрация того, что сделало сталинское правительство с крымскими болгарами. Есть дорога, есть указатель, есть дома. Но деревни как бы нет: до 1944 года в деревне было приблизительно 60 домов. Сейчас там жилых осталось то ли три, то ли четыре дома. Остальные стоят вот в таком полуразрушенном состоянии. А большинство из домов вообще снесены под ноль, а земля под ними распахана. Мои бабушка и дедушка переехали в эту деревню из Кишлава. Там поженились, там построили дом и в Софиевке же и детей родили. Отсюда их в июле 1944-го и отправили на Урал.
Смотрите, как делали крышу: клали веточки всякие, а то и старые початки кукурузы, в качестве утеплителя, а сверху клали черепицу.
undefined

А вот так возводили саманные стены: из глины и соломы делались большие кирпичи, и из них уже клали стены дома. Ну казалось бы, глиняный дом — ерунда какая, ан нет — стоят они до сих пор, а ведь этим домам больше ста лет!
undefined

Представьте себе: в этой полузаброшенной деревне кто-то еще пытается продавать дома! Как позже выяснилось, этот дом, выставленный на продажу, раньше принадлежал болгарской семье Арнаутовых. Тетя Соня Арнаутова закадычная подруга моей бабушки. Я ее помню прекрасно. Она фельдшером была уже здесь, на Урале. Ее депортировали в Свердловскую область вместе с мамой. Она тогда девушкой была, замуж она так и не вышла и умерла одинокой.
undefined

Веранду пристроили позже, русские. Болгары таких веранд не делали и шифером не покрывали.
undefined

Вот это — типичная особенность болгарских домов: входная дверь и по краям — узкие окошки для проникновения света в прихожую. Так построены все дома в Софиевке.
undefined

«Родные» болгарские окна полукруглые.
Улица в Софиевке сейчас пустынна. А раньше по обеим сторонам стояли домишки. В Софиевке тогда был экспериментальный колхоз. На полях выращивали аптечную ромашку и ворсовальную шишку. Мне бабушка давно-давно рассказывала, что она как раз работала на поле с этой шишкой. Но я так и не поняла, что это за «зверь» такой. А вот теперь мне бабульки местные объяснили: это такое растение колючее, с помощью которого начесывают ворс на ткани.
Сашка
Сашка встретил нас основательно навеселе. Он местный фермер. Живет с женой в Софиевке в старом болгарском доме, берет у государства землю в аренду и пашет ее.
undefined

Разводит скотину, продает на рынке молоко, творог, сметану. Сашка нам обрадовался, пригласил в дом, напоил кофе и помог разыскать живых очевидцев событий 1944 года. В прошлом Сашка с металлоискателем ходил по деревне и искал «сокровища». Когда болгар вывозили из Крыма, многие закапывали свои фамильные драгоценности в огородах, замуровывали в стене. Потом рисовали планы, передавали детям. До сих пор русские при ремонте болгарских домов нет-нет да и найдут в стене шкатулочки или еще что-то старинное. Было такое, что приезжали потомки депортированных и в Кишлав, и в Софиевку, с планами, копали находили то, что спрятали их предки. Брат моей бабушки тоже что-то закапывал. Кому это все досталось — неизвестно… Сашка тоже что-то находил — броши, серьги. А у себя в огороде нашел вот такую глиняную свистульку — ей играли болгарские дети. Он ее нам подарил. А позже оказалось, что дом, в котором он живет, раньше принадлежал моим родственникам со стороны бабушки — то ли ее родителям, то ли брату.
undefined

Раньше это была конюшня. Сашка ее пристроил к дому, и получилась кухня у него. А балки деревянные на потолке убирать не стал — вот как строили болгары, так он и оставил.
Окошки узкие — родные и подоконники широкие — тоже.
undefined

Эти старые подковы Сашка находил у себя в огороде и в соседних участках. Это подковы болгарские. Самая большая — больше моей ладони. Лошади у болгар были большие.
undefined

Старый болгарский колодец. Если его почистить, то будет функционировать и сейчас. Кто его рыл-клал? Кто-то из моих предков! Колодец-то в их дворе находится!
Еще один жилой дом в Софиевке. Как потом удалось выяснить, с вероятностью в 99% — это и есть дом моей бабушки. А если не ее, то кого-то из нашей семьи. Потому что местные называли нашу фамилию и болгарское имя моей бабушки. По рассказам моей тетки совпадают даже фамилии соседей. В нем сейчас живет семья Гориных. Их предки приехали сюда после депортации болгар из Воронежской области. Здесь родилась мама Сергея Горина, потом она перебралась в соседнюю деревушку и забрала к себе родителей. Дом пустовал 10 лет. А теперь сюда переехали внуки Сергей и Татьяна. Они говорят,  что дом с хорошей энергетикой, его строили и жили в нем хорошие люди.
undefined

Татьяна и Сергей Горины нынешние хозяева дома моей бабушки.
В потолке в большой комнате дома сохранилось это железное кольцо — на нем раньше болгары подвешивали люльку с младенцем. Болгары ушли, кольцо осталось.
undefined

Двери подлинные, болгарские и ручка с типично болгарским замочком — тоже
undefined

Горины не стали рубить этот старый абрикос, растущий у них на участке. Сказали, что дерево старое — росло еще в то время, когда их семья переселилась в этот дом. А значит, абрикосы с этого дерева рвала моя бабушка.
undefined

Дядя Вова Агапов
Он очень плохо видит и слышит. Мне приходилось кричать, разговаривая с ним. В 1944 году он жил в Софиевке. Он тогда была пацаном. Его отец Евгений, кажется, знал всех своих односельчан-болгар. Он был печником и клал им печки.
undefined

Дядя Вова называет фамилии болгар — Мастеровы, Райковы, Чендевы — и у меня всплывают детские воспоминания — фамилии-то из моего детства, только уральского — ведь все эти люди были депортированы в одно село и жили до последнего своего дня все вместе. Дядя Вова вспоминает, что одним утром они проснулись, вышли на улицу, а в деревне никого. Пустая Софиевка. Осталось только четыре русских семьи и все. Болгарские дома стоят пустые. Была деревня, и нет ее.
Про болгар дядя Вова вспоминает с улыбкой и хорошо. Говорит, дружно жили, не пили, работали, весело было. Болгары были хозяйственные и гостеприимные. Немцам они не прислуживали. Не было этого. Когда болгар депортировали, приехали переселенцы и стали называть оставшихся в деревне русских немецкими подстилками Тогда председатель колхоза собрал всех и запретил подобные разговоры. Он сказал: счастье ваше, что до вас немцы не дошли, а то посмотрел бы я на вас, как вы себя бы вели!
Тетя Женя
Тетя Женя в 1944 году была девочкой 12-летней. Она жила в Софиевке и дружила там с болгарами. Ее лучшей подружкой была Дора Койчева. Однажды ночью в окно тети Жени раздался стук: прибежала Дора, сообщила, что их выселяют, попросила помочь собраться. Мама Доры просила взять у них швейную машинку, чтоб не досталась чужим людям. Все кругом плакали, потому что в селе все жили как родные.
undefined

Тетя Женя сейчас очень бы хотела найти свою подругу-болгарку, узнать, как сложилась ее жизнь? Пожилая женщина рассказала, что болгары очень любили цветы. У них во дворе всегда было насажено всяких разных цветов, и обязательно была грядка болгарских перцев. Жареный перец с помидорами тетя Женя готовит до сих пор. А научилась она этому блюду у своих соседей-односельчан крымских болгар…
Моя бабушка до конца своей жизни очень любила цветы. На Урале у нее весь двор бы засажен анютиными глазками, астрами, гвоздиками. А какие у нее были гладиолусы! Вся деревня приходила к тете Паше — просила букеты к 1 сентября! Огород у нее был образцово-показательный. И перцы там были обязательно! И помидоры были классные, она о них заботилась как о детях: поливала, закрывала на ночь…
undefined

В Симферополь мы заехали по дороге в Феодосию. Это симферопольский вокзал. Именно сюда привезли мою бабушку с двумя детьми и других болгар, посадили в телятники и отправили на Урал.
И я пошла на перрон, а там — вот эта плита.
undefined

Снимаю, а ко мне какой-то дед подрулил, начал интересоваться: зачем снимаешь, мол? А когда узнал, стал выговаривать: заслужили, значит, время такое было, немцам пособничали, терпеть надо было! Боже мой, какой урод.
undefined

69 лет назад на этом самом перроне, оцепленном солдатами с собаками, стояла моя бабушка. Рядом — моя тетя, а на руках у бабушки — месячная вторая тетя. А теперь вот мы с Сонькой сидим. О жизни думаем.
Наверное, мои бабушка и дедушка многое отдали бы, чтобы увидеть то, что увидела во время этой поездки в Крым я… Крымские болгары вообще были уникальной национальной общностью — ведь они жили общинами издавна, они сохранили обычаи, быт и староболгарский язык в том виде, что он существовал в 18-19 веках в Болгарии. В Болгарии-то все изменилось, даже язык там сейчас отличается, многие обычаи в их исконном виде тоже утрачены. А здесь было все как бы законсервировано в одном месте. Это было преступлением — уничтожать эту нацию… В Кишлаве сейчас живет одна старенькая болгарка баба Лена, в Софиевке болгар вообще нет. Мало кто из депортированных вернулся в Крым, когда им было это официально позволено. Они уже построили новую жизнь на Урале. Они работали, растили детей, были ударниками труда, у них были хорошие добротные дома, дети получали образование. А в Крыму все приходило в упадок: колхозы развалились, переселенцы не любили Крым и бежали из него, дома развалились. Умрут те последние русские, что еще помнят крымских болгар, и об этой нации постепенно забудут навсегда. Разрушатся их дома, и будет достигнута главная цель сталинского режима: стереть с земли всякую память об этом народе.
текст и фото Злата Торгушина 
Использование фотографий и любых частей текста без письменного разрешения автора и гиперссылки на ЕТВ запрещено!
Комментарии
  • Torgushina Zlata, 15 января
    Георгий, благодарю Вас за отзыв о моей статье! Тем более приятно, что вы - односельчанин моей бабушки и дедушки. Может быть, вы что-то можете рассказать о депортации болгар и о жизни в Софиевке до депортации? Пишите: zt65@yandex.ru.
  • Torgushina Zlata, 15 января
    Рада, что вам понравился мой материал, Александр! Если ваш отец помнит или знает что-то из рассказов родителей о депортации болгар - буду рада если напишете мне: zt65@yandex.ru
  • Спасибо Злата! Я Георгий Дучев. Родился в с. Софиевка. Ту огромную работу, которую Вы провели, трудно переоценить! В нашей семье младшую дочь, которой 44 года тоже зовут Злата.
  • Tupovich Alexandr, 04 июля
    Спасибо Злата! Я Тупович Александр. Мой отец,Георгий родился в с. Кишлав. Спасибо!
От заката до Рассветной. Страшный суд на ЕТВ
Городские истории
От заката до Рассветной. Страшный суд на ЕТВ
Сегодня речь пойдет о новых домах на краю ЖБИ. Хорошо ли живется в двух шагах от Каменных палаток и шумного карьера? Почему так долго добираться до такого близкого центра? О плюсах и минусах своего района нам рассказали местные жители.
Музыка на ЕТВ
Группа «Мельница»
Группа "Мельница"
От Светланы Зенковой
Сумма за неделю
Фидель здесь / Совсем одни / Лексус / Корпоративы / Аксёнова
Фидель здесь / Совсем одни / Лексус / Корпоративы / Аксёнова
От Мари Захаровой
Город как часы. Путь Екатеринбурга к чистой горячей воде
Городские истории
Город как часы. Путь Екатеринбурга к чистой горячей воде
В светлом и теплом будущем жители уральской столицы будут наливать кофе прямо из горячего крана и экономить тысячи на отоплении. Как это могло бы быть, и почему переход на закрытую схему ГВС завис в воздухе, разбирался ЕТВ.
Детсадовский пироман терроризирует веранды Екатеринбурга
Происшествия
Детсадовский пироман терроризирует веранды Екатеринбурга
Уже несколько детских садов города пострадали от поджогов. Неизвестный злодей (или злодеи) предает огню веранды по всему городу. ЕТВ прошелся по следам огнелюба-детоненавистника.
Измеряем добро в кошельках. ЕТВ проверил уральцев на отзывчивость
Городские истории
Измеряем добро в кошельках. ЕТВ проверил уральцев на отзывчивость
30 кошельков, 3 района Екатеринбурга и 1 выдуманная личность. ЕТВ ввел жителей города в искушение и проверил, много ли доброты и сочувствия сохранили уральцы в кризисные времена.
«Нирвана» вышла на «Свободу»: как уральские рокеры покинули подполье
События
«Нирвана» вышла на «Свободу»: как уральские рокеры покинули подполье
Недавно рок-клуб «Нирвана» отпраздновал восьмилетие и почти сразу закрылся, чтобы открыться на новом месте. В честь большого переезда рассказываем историю парней из Березников, подсадивших Екатеринбург на рок из подполья.
Площадь эволюции. Страна победившего классицизма
Городские истории
Площадь эволюции. Страна победившего классицизма
Имперские амбиции Советского Союза требовали отречься от инфантильного авангарда и начать строить монументально даже жилые дома. Античных богов на фасадах сменили рабочие.
Тяжелый металл. Пышминский завод ОЦМ сменил бренд и показал свои тайны
Город
Тяжелый металл. Пышминский завод ОЦМ сменил бренд и показал свои тайны
Полмиллиона долларов в руках, слитки платины и палладия, куски иридия и хитрые способы экспертизы драгоценных металлов — обо всем этом читайте в репортаже ЕТВ.
Деньги – пахнут. Смотрим на мир глазами собаки из патруля «Кольцово»
Городские истории
Деньги — пахнут. Смотрим на мир глазами собаки из патруля «Кольцово»
Грузовые и пассажирские терминалы, мелко нарезанные деньги и дурно пахнущие посылки — все это привычный пейзаж для четвероногих охранников уральского авиахаба. ЕТВ предлагает человечеству взглянуть на себя глазами служебной собак.
Золотая цепочка. В поиске гена гениальности
События
Золотая цепочка. В поиске гена гениальности
Один человек добился успеха, другой всегда остается в тени. Можно ли винить в этом природу? Какие ловушки таят в себе цепочки ДНК? Все точки над i расставил гость ЕТВ — психофизиолог и популяризатор науки Илья Захаров.