Дмитрий Лошагин обжаловал обвинительный приговор

12:24, 07 Август 2015
tjk_5_1655.jpg
Фото: ЕТВ
Дело фотографа, осужденного за убийство жены-фотомодели, вернулось в Свердловский областной суд. Дмитрий Лошагин настаивает на невиновности.
Как рассказали ЕТВ в пресс-службе областного суда, дата рассмотрения апелляции, поданной защитниками Дмитрия Лошагина сразу после оглашения обвинительного вердикта, еще не назначена. Напомним, это уже вторая апелляция на решение суда по этому делу: в прошлом году суд фотографа оправдал, однако гособвинение и потерпевшие оспорили мнение судьи. 

24 июня суд Октябрьского района Екатеринбурга приговорил Лошагина к 8,5 годам колонии строгого режима. По мнению суда, в августе 2013 года фотограф задушил свою супругу — модель Юлию Прокопьеву, после чего вывез ее тело на Старомосковский тракт, облил бензином и сжег. 

Лошагин был единственным фигурантом в громком деле, однако сам он отрицает свою причастность к убийству.

Между тем, недавно в облсуд поступило еще несколько апелляций по громкому делу банды, в состав которой входил блогер Василий Федорович. Адвокаты и двое из девяти осужденных пожаловались на решение служителей Фемиды, сочтя сроки за десятки убийств, грабежи, разбои, покушения на жизни людей слишком строгими.
Комментарии
Профи? Тролль! Поэтесса Аксенова постигает pole dance
Лаборатроллия
Профи? Тролль! Поэтесса Аксенова постигает pole dance
В честь праздника наших мужчин мы публикуем спецвыпуск проекта «Профи? Тролль!», где главный герой — уральская поэтесса Александра Аксенова — меняет рифму на грацию кошки.
Уральские подснежники: ищем оголенные ножки и прочие симптомы весны
События
Уральские подснежники: ищем оголенные ножки и прочие симптомы весны
Весна плюет на календарь и заходит в Екатеринбург раньше положенного срока: в последние дни февраля улицы города утопают в грязи и растаявшем снеге. Посреди всего этого сезонного разнообразия мелькают женские ножки. Яркие. Зимние. Твои.
Лаборатроллия на ЕТВ: «грибок» толпы
Лаборатроллия
Лаборатроллия на ЕТВ: «грибок» толпы
Творческий десант ЕТВ, не жалея сил и нервов, меняет махровую эстраду на экспириенс в царстве «Грибов».
Свердчеловек.  Как я приукрашиваю смерть
Городские истории
Свердчеловек.  Как я приукрашиваю смерть
Портфолио нашей героини отважится смотреть не каждый, да и приносит его девушка в исключительных случаях. Сегодня наш «Свердчеловек» — танатопрактик или по-простому гример покойников.
Площадь эволюции, бонус. Мастерские свердловских художников
Городские истории
Площадь эволюции, бонус. Мастерские свердловских художников
Самый большой жилой дом послевоенного Свердловска стал промежуточным звеном между сталинками и хрущевками. Об особенном фонтане, подземных тоннелях и студиях архитекторов — в последней серии «Площади эволюции».
Свердчеловек. Как я живу по законам души и бизнеса
Городские истории
Свердчеловек. Как я живу по законам души и бизнеса
Очередной герой сериала «Свердчеловек» не боится миксовать заколачивание денег и магию: миллионер и бизнес-тренер Сергей Ли рассказывает, как идет одновременно по двум путям — придумывания бизнесов и духовного равновесия.
Холодный контроль. Приемные семьи под опекой Большого брата
События
Холодный контроль. Приемные семьи под опекой Большого брата
История Светланы Дель может стать приговором для тысяч сирот. После того, как злые дяди и тети из органов опеки изъяли из семьи восьмерых детей, приемные семьи оказались в положении заведомо виноватых.
Площадь эволюции. Уральская ностальгия по хрущевкам
Городские истории
Площадь эволюции. Уральская ностальгия по хрущевкам
Для одних эти дома являются воплощением жилищного ада, для других они стали пропуском в райскую жизнь в собственной квартире. Полина Иванова рассказывает историю типичных хрущевок, а помогают ей в этом читатели ЕТВ.
Свердчеловек. Я хотел продавать книги, но возродил государство
Городские истории
Свердчеловек. Я хотел продавать книги, но возродил государство
Наш герой очень хотел провести жизнь в букинистическом магазине, но что-то пошло не так. «Пришлось зарабатывать», — признается бизнесмен и уральский политик Антон Баков. Однако кое-что напечатать и продать ему удалось.