Балаклава с покушением на убийство. Путешествие в Крым Влада Горина

16:33, 16 Май 2014
img_0103.jpg
У нас радостная весть. Билеты в Крым за 3 000 рублей начали продавать. Хочешь — лети, не хочешь — читай наш спецпроект. Мы-то без всяких яких про отдых в Крыму вспоминаем. Сегодня Влад Горин вспоминает свое путешествие.
Со всех точек зрения лучшее место в Крыму — это город Бахчисарай (я имею в виду сам город, а не, то что достроили под тем же названием по хрущевскому проекту в соседней долине). Здесь есть красивые руины, по-турецки бестактно перепаханные частными домовладениями; здесь есть любопытные достопримечательности (ханский дворец в самом городе, а еще Свято-Успенский пещерный монастырь и каменный город караимов Чуфут-Кале — в получасе ходьбы от Бахчисарая).
undefined

Бахчисарай, Ханский дворец. Экзотично и уютно, теперь по эту сторону российской границы.
Здесь теплые ночи пахнут югом, а луна и звезды светит светят так ярко, что даже ночью легко разглядеть дорогу до молочной скалы, с которой можно смотреть на город, пить нефильтрованной «Оболонь» или, скажем, специальным образом разбавленную сладкую «Массандру».
undefined

Валуны над городом. И вид наоборот, со стороны скал. 
undefined

В местных ресторанах кормят хорошо и неприлично дешево, а если вы с кем-то из местных — могут уменьшить счет вполовину. Единственное, чего нет в Бахчисарае, это моря. Бывшая столица Крымского ханства для туристов — это промежуточная точка на пути к побережью или от него; место краткосрочное, временное.
Нет в Крыму ни одного путешественника, который бы нашел в себе силы отказаться от купания и провести все время в Бахчисарае. И очень зря.
undefined

Старая синагога. Караимов и евреев тут почти не осталось.
undefined

Зато мечетей в Бахчисарае несколько. Крымские татары возрождаются, но до большинства им далеко. Татары держат рестораны и занимаются пассажирскими перевозками.
Удивительно другое. Местное население по большей части тоже чувствует здесь себя как в месте временного пребывания. Наш хозяин, крымский татарин, который служил в Чебаркуле и с большим трудом еще до перестройки сумел вернуться к себе на родину, построил во дворе своего дома два флигеля — по три комнаты каждый. Он сдает комнаты только полякам (на самодельном указателе латиницей написано «покойе», ничего больше).
И украинских, белорусских и русских туристов в его доме особенно не привечают. Так вот даже этот смуглый мужик, больше жизни когда-то хотевший вернуться к себе домой, ничего не знает о родном, настоящем, даже вечном Бахчисарае, останец которого торчит прямо за забором его «покоейев».
undefined

— А что это за здание? В ханском дворце такой же некрополь. В Чуфут-Кале такой же по форме мавзолей.
— Вроде бы гробница. Да мы внимания не обращаем, их по городу несколько. Там при советской власти трансформаторные будки были. Или склады. Потом стали гадить, внутри костры жечь, их и замуровали.
По знатной татарской гробнице XV века ходят соседские куры, на перила построенного средневековыми зодчими дворика здешнее население складывает пакеты с очистками и другим мусором.
undefined

Крымский маршрут у нас с друзьями был такой: Бахчисарай — Севастополь — Алупка (считай, Большая Ялта), а затем отъезд окружным путем (заехали в Одессу). Мою оду средневековому восточному Бахчисараю вы уже выслушали. Признание в любви Севастополю вам может сделать любой, кто хоть побывал между двух видов кораблей — тех, что идут по бухте и тех, из снежного инкерманского камня, что стоят неподвижно на берегу и по чистой формальности называются не флотилиями, а городскими кварталами. А характеристику Алупке да и Ялте я делать совсем отказываюсь, иначе придется перечеркнуть многие плюсы этих мест, безжалостной констатацией того факта, что южный берег Крыма имеет очень много сходства с курортами на той, бесспорно российской стороне Черного моря.
Вместо многих подробных историй крымского путешествия лучше расскажу одну — поярче, с покушением на убийство. Историю про гром в раю. Я уже сказал, что после Бахчисарая мы отправились в Севастополь, но все было не так просто. Самый первый день на побережье мы провели в той части города, которая фактически никаким Севастополем не является. То есть в Балаклаве. Да, это там была секретная база подлодок в скале; да, шапка-балаклава оттуда; да, там преддверием ада гремит кононада и отважные скачут шестьсот —, но тут ведь не «Википедия», чтобы все это рассказывать. И мы тоже первым делом поехали в Балаклаву не за этим.
undefined

Выдолбленная в горе секретная рембаза для подлодок — теперь музей. Точнее часть базы, а еще часть бывшего разграбленного военного объекта — мрачные подземелья. Местные ходят туда на гоп-свидания, чтобы посинячить и пострелять из огнестрельного оружия в чернильную черноту.  
undefined

undefined

undefined

Наших, более опытных крымскихпутешественников после дороги и горных прогулок тянуло в море — желательно так, чтобы ничего, кроме моря, вокруг не было. Мы взяли напрокат палатку, наняли на причале загорелого как шахтер мужика, и он отвез нас на дикий пляж в километре от выхода из Балаклавской бухты. Думаю, что этот мужик хотел нас прикончить и у него почти получилось.
Я не в обиде, это было по-своему интересно. Дикий пляж около Балаклавы — это не пустынный плоский берег, это небольшая площадка с галькой у подножия огромной скалы. Попасть на этот пятачок суши можно только с моря. Мы отлично искупались, сносно переночевали (странно спать на теплой сыпучей массе, невыносимо ярко светит луна), а утром начали собирать вещи, чтобы к прибытию нашего капитана быть готовыми. Пока собирались, наблюдали за обеспокоенными чайками. Иногда бросали все и шли купаться. Наблюдали, как какой-то другой, не наш лодочник привез на пляж семейство (младшему из членов которого не было и года). Утро было очень долгим и приятным. Примерно десять минут из этого утра я помню скомкано. Кто-то обратил внимание, что небо из крымского стало каким-то тагильским, и что чайки еще больше взбесились, а потом куда-то пропали. Что-то там на море и на небе происходило. Воздух пришел в движение; наконец пошел дождь, и нам пришлось спрятать рюкзаки в пахшей мочой трещине под скалой (была такая странная дыра в горе). Кажется мы даже решили не прятаться от дождя — утро было все еще долгим и расслабленным.
undefined

Пляж целиком. 
undefined

Над пляжем стоит вот эта глыба. 
А потом время резко сжалось и вспоминается теперь отрывками. Например, в памяти всплывает злая рожа опытного походника Димы, который скомандовал бежать к рюкзакам в полупещеру-полущелье. Как вся галька на пляже закипела от града из камней, как камнепадом накрыло море, как сверху по кривой трещине грохочут камни, сыплется земля и льется на все это дождевая вода. Как кричит грудной ребенок, отец прижимает его к себе, закрывает рукой. Как старший ребенок, девочка лет десяти, тоже кричит и заслоняет голову чем-то нелепо бесполезным типа полотенца. И как камень размером с мой кулак летит откуда-то с верхотуры, отскакивая от одной стены к другой и вроде бы целится мне в голову, но попадает только вскользь по ноге. Внезапно все прекращается: дождь, камнепад, крики детей.
А потом капитан, загорелый как шахтер, приплыл за нами на лодке и сказал: «А, да. Тут такое бывает».
undefined

undefined

Комментарии
ЗЖЛ. Филиппинский Ройзман и убийственный миф о нарковойнах Манилы
События
ЗЖЛ. Филиппинский Ройзман и убийственный миф о нарковойнах Манилы
Эскадроны смерти и тысячи убитых — вот что пишут о ситуации в Маниле крупные международные издания. Где кончается правда и начинается зловещая городская легенда? Рассказывает корреспондент ЕТВ в сериале «Записки Жени Лобанова».
Естория. Редакция ЕТВ открывает свои тайны
Городские истории
Естория. Редакция ЕТВ открывает свои тайны
В работе журналистов многое остается за кадром. Сегодня мы откроем широкому читателю то, что берегли для своих мемуаров! Селфи с медведем и греча для Коляды, ограбление Куклачева и ходячие мертвецы в морге — в откровениях сотрудников ЕТВ.
Афиша не для всех: встречаем Рождество и смотрим фильмы
Развлечения
Афиша не для всех: встречаем Рождество и смотрим фильмы
Пришла та часть новогодних каникул, когда пора выбираться из дома и развлекаться с друзьями. Что делать и куда пойти, традиционно рассказывает наша Афиша.
Новогодняя Лаборатроллия: уральская поэтесса Аксенова меняет профессию
Лаборатроллия
Новогодняя Лаборатроллия: уральская поэтесса Аксенова меняет профессию
Поэтическое достояние Урала изменяет рифме и в прозе рассказывает о своем непростом путешествии с Дедом Морозом по екатеринбургским квартирам.
Преступная Сеть: что толкает уральских девушек на интернет-похождения?
Общество
Преступная Сеть: что толкает уральских девушек на интернет-похождения?
Гибель Кристины Яновой потрясла Екатеринбург: неделю все верили, что девушка была жива, выдвигали различные версии ее исчезновения, но правда оказалась как никогда неожиданной.
ЗЖЛ. Мотофест в хиджабе или мусульмане-бунтари
События
ЗЖЛ. Мотофест в хиджабе или мусульмане-бунтари
Лучшее время для большого мотосборища — середина декабря, по крайней мере, если ты живешь в Малайзии. Блеск хрома и мотодамы в хиджабах — в зимнем репортаже под дождем, которым ЕТВ открывает сериал «Записки Жени Лобанова».
О холоде снежностью. Уральцы признаются в любви к зиме
Городские истории
О холоде снежностью. Уральцы признаются в любви к зиме
Средний Урал в очередной раз накрыло крепким морозцем: в маршрутках, соцсетях и на теплых кухнях только и разговоров, что о холоде. ЕТВ поговорил с теми, кто не прочь подставить лицо колючему ветру.
Людмила Телень: «Вокруг Путин Центра тоже будут кипеть страсти»
Городские истории
Людмила Телень: «Вокруг Путин Центра тоже будут кипеть страсти»
Все об истинных причинах нападок Никиты Михалкова и угрозах, которые поступают в адрес музея.
Леонид Юзефович: «Маятник качается внутри нашего общества»
События
Леонид Юзефович: «Маятник качается внутри нашего общества»
Писатель, который получил премию «Большая книга» — о неуверенном в себе герое «Зимней дороги», разрушительном маятнике российского общественного мнения и роли Екатеринбурга в жизни страны и его собственной судьбе.