Путь воды. Идем на север

ЕТВ продолжает изучать систему водоснабжения Екатеринбурга. На очереди Северная аэрационная станция (САС)  — модернизированная «младшая сестра» Южной, на которой мы побывали в предыдущей серии нашего проекта.
Последний форпост сточных вод, поступающих с Уралмаша и Эльмаша, расположился за одним из многочисленных гаражных комплексов в северных районах города — отсюда и название. Как и на ЮАС, о приближении к обители стоков узнаешь по специфическому запаху. В 1975 году, когда станция только появилась, к нему приходилось привыкать 180 сотрудникам. С появлением на станции нового оборудования в 2005-м количество «счастливчиков» сократилось до 69.
Путь воды. Северная аэрационная станция

Uploaded by EktbTV on 2015-10-29.

Основной технологический процесс на очистных сооружениях полностью автоматизирован. Стоки проходят несколько этапов очистки, а за технологическим процессом следят всего три оператора. К нам стоки поступают по двум самотечным коллекторам,  уже пройдя предварительную очистку: сперва они процеживаются через 90-миллиметровые решетки на насосной станции в полутора километрах отсюда, , а после текут до камеры гашения,  где снижается напор стоков.
Александр Горюнов,
начальник Северной аэрационной станции
Северная аэрационная встречает грязные воды закрытым помещением, где находятся 4 решетки барабанного типа. Они отсеивают мусор диаметром более 6 мм, который затем обезвоживается и складируется в специальный контейнер. В сутки решетки фильтруют 140 тыс. кубометров воды. Старые сооружения, которые сейчас законсервированы до лучших времен, пропускали по 80 тыс. кубометров.
Современные решеты Северной аэрационной
Современные решеты Северной аэрационной

Решеточный фейс-контроль может задержать не весь мусор. Сквозь прозоры проскакивают палки от чупа-чупсов, мороженого и прочие мелкие предметы. Окончательно мусор пропадает из сточных вод на предпоследнем этапе очистке — вторичных отстойниках. Сейчас же грязная вода отправляется с решеток на песколовки.
В городе низкая культура канализования,  и именно поэтому в стоках много песка. Это могут быть как различные смеси с дорог,  так и грязь,  которую мы смываем с обуви,  с картошки,  например. Как правило,  частички очень мелкие,  окончательно они удаляются из стоков на песколовках. Это бассейн,  где песок оседает, , а после удаляется со дна специальными транспортерами. Затем он обезвоживается,  и его увозят на полигон.
Александр Горюнов,
начальник Северной аэрационной станции
vlcsnap2015102911h00m17s24.png
Аэрируемые песколовки ловят мелкие частички грязи, песок

Аэрируемые песколовки шумят водопадами. От бурлящей вспенившейся воды идет пар, неспокойные стоки стекают в коллекторы и вновь возникают в отстойниках в нескольких метрах от песколовок. Сейчас их ждет следующий этап механической очистки, после которой пропадет мусор диаметром больше 6 мм. Предметы под тяжестью собственного веса оседают на дно бассейна, откуда их собирают  транспортеры.
По мере удаления от здания с решетками канализацией пахнет все меньше, а после первичных отстойников воздух и вовсе становится неожиданно приятным. Стоки попадают в два бассейна, в которых чистятся активным илом. Начальник станции Александр Горюнов и главный инженер Игорь Касьянов объясняют запах технологическими особенностями биологической очистки.
В первом бассейне стоки чистятся с помощью микроорганизмов,  жизнедеятельность которых обеспечивает кислород. Кажется,  что в воде грязь, но нет,  это активный ил,  в котором и живут микроорганизмы. В воду подается воздух,  мелкие пузырьки поднимаются на поверхность и чем мельче пузырек,  тем эффективнее идет очистка.
Александр Горюнов,
начальник Северной аэрационной станции
vlcsnap2015102911h12m52s179.png
Этап биологической очистки

Стоки очищаются илом и азотом

Инженер САС Василий Касьянов о биологической очистке стоков

В этих бассейнах стоки находятся примерно 6 часов, а затем перемещаются в соседний бассейн, где из них удаляется азот,  и на вторичные отстойники, где удаляются избытки ила. 


Вторичные отстойники
Вторичные отстойники

Недалеко от бассейнов стоят покрытые ржавчиной старые очистные сооружения. Начальник станции рассказывает, что по технологии очистки они не отличаются от новых, но уступают им по качеству и автоматизации. «Сейчас эффективность очистки стоков — 94-98%,  — говорит он. — А было намного хуже. Единственное, от чего новое оборудование не может очистить стоки в полном объеме — фосфаты. Для их удаления нужны другие технологии».
vlcsnap2015102911h17m34s227.png
Старое оборудование на САС

Ему также планируют найти применение

Запах канализации вовсе не чувствуется на последнем этапе. В небольшом закрытом помещении очищенная сточная вода обеззараживается ультрафиолетовыми лучами — еще одно нововведение. Александр Горюнов гордо смотрит на текущую прозрачную жидкость с зеленым оттенком и говорит: «Попробуйте найти такую чистую водичку в какой-нибудь реке. Нигде не найдете!» Затем добавляет: «Пить ее, конечно, нельзя, но купаться можно».

За этим зданием раскинулся лес и небольшой водоем, куда и вытекают очищенные стоки. Мы выходим за забор и идем по размокшей тропинке меж густых зарослей. Неподалеку шумит поток очищенных стоков, вырвавшийся из коллектора. Чистая вода, как называет ее глава станции, растечется по областным водоемам, а потом часть ее вернется на Северную аэрационную, чтобы очиститься.
Очищенные на САС стоки отправляются в Исеть

Когда вода превратится в сток и вернется сюда, на станции заработают еще несколько новых очистных аппаратов, надеются Александр Горюнов и Игорь Касьянов. Например, камерный мембранный пресс с участка обезвоживания осадка, который уже здесь установлен, но пока стоит без дела — требуются доработки в настройке. В него будет загружаться влажный осадок и отжиматься прессом под давлением 200 кг. Сухой осадок — кек — будет вывозиться на полигон для захоронения.
Нынешнее оборудование не позволяет полностью обезвоживать кек
Нынешнее оборудование не позволяет полностью обезвоживать кек

Пока что с кеком возятся по старой методике, которая на выходе дает влажность порядка 75%, что вредно для окружающей среды и для полигонов в частности. В нынешний цех, где отжимают осадок, зайти невозможно — запах стоит похлеще, чем в придорожном туалете. К счастью для сотрудников, процесс и здесь по большей части автоматизирован.
В перспективе, когда аппарат заработает, планируем складировать кек и рекультивировать его на полях неподалеку.  Раньше его хотели использовать как удобрение на сельхозугодьях, но из-за того, что в Орджоникидзевском районе много промышленных предприятий, и в стоках поэтому собрана вся таблица Менделеева, признали непригодным для применения. Сейчас заводы более ответственные, не сливают загрязненную воду. Качество стоков улучшается
Александр Горюнов,
начальник Северной аэрационной станции
Наряду с мембранным прессом на подходе метантенки — устройства для сбраживания органических отходов. При брожении осадка из него будет выделяться метан, который планируется сжигать в котельной и тем самым получать теплоэнергию для станции. Метантенки, как и мембранный пресс, готовятся к вводу в эксплуатацию. Это, по словам главного инженера станции, далеко не последнее обновление на Северной аэрационной.
Инженер САС Игорь Касьянов о планах модернизации

Комментарии
Свердчеловек. Как я достаю людей с того света
Городские истории
Свердчеловек. Как я достаю людей с того света
История Игоря Листова — роман с пылающими страницами. Влюбленный в работу, он 15 лет проводил в разъездах, спасая жизни больших и маленьких людей. Игорь Листов — анестезиолог-реаниматолог, отдавший большую часть карьеры медицине катастроф.
Уральский звездовоз
Городские истории
Уральский звездовоз
Стиранные полотенца, жрицы любви и билеты на самолет для арфы: ЕТВ узнал все о причудах артистов, которые приезжают с концертами в Екатеринбург.
ЗЖЛ. Чайные потомки опиумных королей
События
ЗЖЛ. Чайные потомки опиумных королей
Когда-то деревня Месалонг была пристанищем китайцев-антикоммунистов, потом — крупнейшим наркоцентром Таиланда. Но теперь маки сменились чайными кустами. О мирном теперь царстве улуна — в сериале «Записки Жени Лобанова».
Народная Екаграфия
Городские истории
Народная Екаграфия
Достопримечательности уральской столицы с каждым годом притягивают все больше туристов. Однако ориентироваться в них гостям города бывает непросто, потому что местные жители называют памятники совсем не так, как путеводители.
Боевые духи. Уральские новобранцы единоборств
События
Боевые духи. Уральские новобранцы единоборств
Закрытая клетка, гул толпы и незнакомый противник: сотни простых уральских парней рвутся на турниры, где не заработают ни копейки. Феномен свердловской суровости раскрыл ЕТВ организатор любительских и профессиональных схваток.
Лаборатроллия на ЕТВ: «грибок» толпы
Лаборатроллия
Лаборатроллия на ЕТВ: «грибок» толпы
Творческий десант ЕТВ, не жалея сил и нервов, меняет махровую эстраду на экспириенс в царстве «Грибов».
Свердчеловек.  Как я приукрашиваю смерть
Городские истории
Свердчеловек.  Как я приукрашиваю смерть
Портфолио нашей героини отважится смотреть не каждый, да и приносит его девушка в исключительных случаях. Сегодня наш «Свердчеловек» — танатопрактик или по-простому гример покойников.
Ищем смысл в чистом поле за Кольцово
События
Ищем смысл в чистом поле за Кольцово
Архитектор столичного «Винзавода» Ярослав Ковальчук — о новой парадигме городского планирования, которую он вместе со студентами Школы главного архитектора опробует на микрорайоне «Новокольцовский».
Провальный дауншифтинг. Юрий Немытых — падающая звезда Екатеринбурга
Городские истории
Провальный дауншифтинг. Юрий Немытых — падающая звезда Екатеринбурга
Один из самых блестящих экономических журналистов Екатеринбурга вернулся в город после нескольких лет в Таиланде, где он бомжевал и сидел в тюрьме. ЕТВ рассказывает удивительную историю о том, как неукрощенные страсти погубили талант.