Профи? Тролль! Поэтесса Аксенова рушит мифы о «Почте России»

Сколько историй существует о годами идущих конвертах, ждунах на приеме бандеролей и поедании икры из посылки! Прима уральской поэзии Саша Аксенова отправилась в отделение почтамта, чтобы сканить миллионы пакетиков и ломать стереотипы.

Плохо это или хорошо? «Почта России» заработала на свой век столько шуточек, что сама мемом стала: мультяшные ленивцы вместо сотрудников, оператор, который ест икру из здоровой посылочной коробки, ждун и прочие персонажи, на мой взгляд, — прямое подтверждение народной любви. Мы бесконечно шутим, жалуемся, но все равно встаем в очередь за посылкой. Не так давно я узнала, что мне дошла бандероль из США, но откладывала поход в отделение до последнего, вспоминая, как раньше там получали пенсию и платили коммуналку, а очередь длиною в жизнь то и дело прерывали люди, которым «только спросить». На деле же все оказалось проще: на все про все вместе со временем, за которое я заполнила извещение, ушло минут десять.

И вот для того, чтобы маленькие пакетики от «алиэкспресса» дошли до своего счастливого обладателя чуть быстрее, один вечер я провела в здании Главпочтамта. Моим местом работы на несколько часов для меня стал Центр выдачи и приема посылок (ЦВПП) — здание Главпочтамта в центре города, дверь со стороны улицы Пушкина. Благодаря этим центрам, можно не бояться идти за посылкой — там занимаются только ими.

Меня встречает сотрудник Татьяна Иосифовна. Уже по раздевалке я поняла, что предприятие камерное, сотрудников не так много. Впрочем, работы невпроворот: в складском помещении много мешков с посылками. Меня передают в подчинение оператору. Видно, что дама она строгая и обстоятельная, к делу подходит серьезно и трепетно. Мы отрезаем пломбу с мешка и начинаем.

В мои обязанности входит разобрать пакет, с помощью сканера отыскать посылку, проверить вес, если тот не указан, записать на посылке номер и распечатать те самые извещения, которые вы получаете. Как всегда нервничаю, боюсь что-то напутать — в таких случаях я обязательно что-то путаю. Впрочем, на все мои вопросы отвечают спокойно, программа в компьютере максимально прозрачна и понятна.

По радио играет «Тропикана женщина», а я разбираю пакеты из Сингапура, Китая и Германии, представляя себе эти страны и что там может быть спрятано внутри конвертов. Мое присутствие с фотографом немного смущает работников, они решают внутренние проблемы и получают рекомендацию: «Тсссс. Потише!»

Меладзе в колонках ушел на рекламу: диктор-врач рассказывает про средство для потенции. В какой-то момент я понимаю, что отвлеклась и забыла писать номера на посылках. Оператор успокаивает меня, мы вместе исправляем все неточности. Если бы мне дали более серьезное задание (по словам сотрудников, с внутренним сообщением нужно еще больше внимания), возможно, пришлось бы изрядно покраснеть за себя.

Наконец, мы заканчиваем с мешком, распечатываем на принтере извещения, которые позже будут разложены по почтовым ящикам, складываем посылочки в корзину и идем размещать их по полочкам. Нам опять нужен сканер. Аппарат такой интересный, что я буквально выхватываю его из рук моей коллеги и, словно ребенок, начинаю пропикивать все штрих-коды, чувствуя себя кассиром супермаркета. Лицо у меня по-любому было таким же важным.

Оператор вытаскивает мешок побольше. Кажется, из почтовой обузы я перехожу в разряд «помощника». Процесс, как говорится, пошел. Помимо стран, начинаю вспоминать дома: Маршала Жукова, 13 — что-то знакомое, Сакко и Ванцетти, 50 — по-моему, там мои друзья во времена царя-косаря снимали квадрат. Мысли и воспоминания уже не отвлекают меня, вроде бы все пошло, как по маслу. Мою нирвану прерывает Анна Первушина, руководитель группы по связям с общественностью: «Все ли у вас нормально?». Я отвечаю, что сидеть и пикать сканером в подсобном помещении — это работа моей мечты. Мне кажется, что женщина-оператор немного оскорбляется: «А представляете, нужно еще и нелегкие мешки носить! В наклон работать? Это с утра-то до вечера».

Мне становится немного неловко. Анна предлагает мне поработать на выдаче. Женщина-оператор строго подмечает, что неплохо было бы закончить с открытым мешком, впрочем, меня вызывается подменить молодой человек. Мы выходим в зал, подходим к стойке, молодая девушка-оператор усаживает меня за свой компьютер.

Я переживаю, что сейчас начну тормозить и злить людей, которые ожидают в небольшой очереди. Некоторые показывают вместо бумажного извещения телефоны со специальным кодом.

От волнения набираю шифры одним пальцем (как стереотипная тётенька из жалоб клиентов — полдня набирает пальцем три цифры). Когда девушка-оператор от меня отходит, и шесть ожидающих глаз смотрят с немым укором, мне кажется, все слышат, как стучит мое сердце. Некоторые коды не читаются, но, оказывается, это еще не означает, что посылки нет. Проворная девушка бежит к какому-то отдельному стеллажу, клиент подсказывает, что бандероль должна быть как минимум размера А4. Бинго!

Работники почты рассказывают, что обычно отыскать любой заказ весьма просто: пакеты и коробки ставят на свободное место и при помощи сканера заносят в базу. Учитывая, что я в почтовых делах чайник, разбираемся на удивление очень быстро: никто не нервничает, благодарные клиенты, с любопытством наблюдая за нашим обучением, уходят с улыбкой.

Я возвращаюсь к своему мешку. Молодой человек по имени Влад почти его «доделал». Предлагаю ему покончить с этим вместе, обещаю расставить посылки по полкам самостоятельно.

— Сколько вы здесь получаете?
— Зависит от категории. Если категория выше — больше.
— А ты?
— Я ниже. Я же студент пока.

Влад скромно улыбается, он учится в лестехе. В который раз убеждаюсь, что мы, уральцы, стесняемся говорить о зарплатах, то ли из-за боязни осуждения, то ли это секретная информация. Будем считать, что второе. Я раскладываю бандероли на свободный стеллаж, за моей спиной суетятся сотрудники. Начинаю процесс аккуратно, путаюсь в нумерации и в итоге (да простят меня работники) немного вразброс — не по номерам. Хотя это и не важно: полка и стеллаж все равно останутся в извещении (но это до меня доходит уже позже). «Ну, я пошла?» — ощущение, что я отпрашиваюсь у Влада, пока не пришла женщина-оператор. Весь день ей тащили и тащили накладные, и она очень тихо охала: как же все успеть? Мои свободные руки она так не хотела отпускать, — ей было все равно, зачем я тут. Вот это сотрудник: убегаю, зная, что не смогу ей отказать, и буду сидеть хоть до ночи.

Закрывая за собой калитку, прощаюсь с девушкой-оператором, она уже не выдает посылки, а собирается разбирать мешки. На прощание она говорит: «А вы к нам приходите еще в гости». Светлана улыбается так радушно, что я осознаю, что хочу в эти гости. Когда душа устанет от творческой работы, которая тоже становится рутиной, когда стихи становятся еженедельным проклятием, прийти и разбирать здоровенные мешки — отчего бы и нет? Здесь хорошо, тепло и светло, сидим, коробочки клеим, как говорится.

Не знаю, сколько я находилась в посылочной, и чем таким я занималась, но я чувствую, как болит спина, шея и гудит в голове. А ведь мне даже не давали таскать мешки с корреспонденцией, на минуточку. Сажусь в автобус, на меня накатывает чувство вины за мешки, которые сейчас разбирают уставшие сотрудники центра, но его я перебиваю своим любимым автобусным сном.

По дороге домой я забежала к родителям. Мама поведала мне, что в молодости тоже работала в почтовом отделении. Почему-то не удивляюсь, ведь мама сменила много профессий — от уборщицы в оперном до сотрудника тюрьмы. «Как? Как вы там справлялись? Без чудо-сканера? Как искали посылки?» Мама говорит, что толком не помнит, но вроде бы все было нормально. Вспоминаю слова оператора-женщины о том, что раньше и не было такого большого наплыва из-за рубежа, превалировало внутреннее направление. А сейчас основная работа — разбирать пакетики из Китая. Резюмируя свой эксперимент, хочу заверить тебя, дорогой читатель: не бойся идти на почту. Люди там вполне доброжелательные, очереди небольшие, и никто не съест икру из вашей посылки.

P. S. При подготовке этого репортажа ни одной посылки не пострадало.

dsc_5686.jpg

Фотограф проекта: Дмитрий Сальник.

Комментарии
  • , 02 апреля
    И простые письма (не заказные) просто теряются
  • Бахарев Иван, 30 марта
    А вы скатайтесь в отделение 91. Например в пятницу, вот тогда я посмеюсь. Или в очереди постойте там. Каждый визит туда длится не менее 1,5ч. И это просто что бы получить! посылку...
  • , 30 марта
    Ну и какие мифы разрушены этим репортажем?Где мой мелкий пакет из Китая, который за 3 (три!!!) дня был доставлен из Китая до Внуковской таможни и в тот же день таможней выпущен? И он уже 10 дней не может доехать до Екатеринбурга!
Профи? Тролль! Все виды «КомсоМолльского» задора
Лаборатроллия
Профи? Тролль! Все виды «КомсоМолльского» задора
Поэтесса Александра Аксенова знает, как расслабиться, не уходя далеко от дома.
Профи? Тролль! Аксенова на лежаке возрождает «КомсоМоллодость»
Лаборатроллия
Профи? Тролль! Аксенова на лежаке возрождает «КомсоМоллодость»
Как отдохнуть на высоте, не выбираясь из города — узнала поэтесса Саша Аксенова, и расскажет об этом прямо сейчас.
Профи? Тролль! Постигаем дзен в помидорных плантациях УГМК
Лаборатроллия
Профи? Тролль! Постигаем дзен в помидорных плантациях УГМК
Кто бы мог подумать, что работа в теплице умиротворяет… Корреспондент ЕТВ вооружился распылителем, тележкой и голубой шапочкой и ушел искать самые вкусные помидоры в дебрях плантаций.